– Хотел бы я знать, куда этот огр запропастился, – пробормотал Хмырь.
– Думаешь, его кто-то спугнул? – спросил я – вариант казался самым логичным.
– Див, не меньше.
Сидя на ящиках при свете единственного фонаря, мы слушали, как снаружи свирепствует выброс.
Он бурлил не меньше двадцати минут, и только потом ярость Зоны пошла на убыль. Для верности выждав, я осторожно выглянул. Светлело, с небес пропал алый оттенок, а порывы ветра рассеивали плотные облака.
Вдали появилась россыпь аномалий, но детектор повышенной радиации не выявил. Загробную тишину, какая бывает после выбросов, нарушил собачий лай, слишком далекий, чтоб сулить опасность.
– Можно выбираться, – махнул я, – порядок.
– Что делаем? – сразу поинтересовался Терем у Хмыря как у самого опытного.
– Давай лучше послушаем, что Карасю чутье подсказывает. – Хмырь решил переложить ответственность на меня.
– Уходить нужно: мы и так хорошо наскребли.
– Значит, берем хабар и раненых. Доводим до ближайшего лагеря, и они уже не наша забота, – подвел черту Хмырь. – Карась, иди с Теремом за добычей, а я помогу батюшке раненых подготовить.
С этими словами он скрылся в убежище.
– Что-то его сегодня на милость пробило, – пробормотал я по пути к тайнику.
– А кто его… – вот и все, что сталкер успел проговорить.
Он вдруг рухнул наземь. Я не видел падения и повернулся, когда Терем поднимался. Вид он имел недоуменно-растерянный.
– Бред какой-то, – донеслось от него.
Он подался вперед, выставив руку. Конечность встретила невидимую преграду. Терем, двигаясь точно во сне, протянул другую руку, та тоже уперлась в чистый воздух.
– Что это? – спросил Терем себя.
Убрав оружие, я подошел к Терему. Его руки хаотично скользили по чистому воздуху. Я протянул руку, она вот-вот должна была выпрямиться в локте, когда кончики пальцев соприкоснулись с невидимой преградой. Я не чувствовал материал, от поверхности не отдавало ни теплом, ни холодом – просто стена воздуха, не пропускающая дальше.
– Бред какой-то, – повторил Терем.
Он прошелся вдоль невидимой границы, не убирая рук. Включив смекалку, я решил попробовать препятствие на высоту. Брошенные камни показали, что стена, которую мы даже не видели, тянется на неизвестное расстояние и вверх. Когда я прошел вдоль, то почувствовал, как барьер плавно поворачивает, что навело на мысль о куполе.
– Что теперь?
– Я бы и сам хотел знать.
– В чем дело? – быстрым шагом приближался Хмырь, который, видимо, строил нехорошие догадки о судьбе добычи. – Свистнули?
– Лучше сам посмотри, – предложил Терем. – Карась, давай-ка посмотрим, как далеко простирается.
– Она везде? – вопросил Хмырь бесцветным голосом, повторив опыт.
– Еще не знаем.
– Тогда нужно быстро проверить!
Завеса действительно была сплошной, и мысль о куполе оказалась, к несчастью, верной. Незримый барьер закрыл небольшой клочок земли, а убежище располагалось у одной из стен.
– Великолепно, – обронил Хмырь. В последовавшей тираде это было единственное печатное слово.
Мы вернулись в убежище. Терем объяснял ситуацию Иоанну, а я пытался выйти на связь. Ничего не вышло: то ли сигналы не пропускал барьер, то ли поблизости не было других сталкерских групп.
– Какие предложения? – растянулся в траве Хмырь. – Догадки? Мысли?
Наступило молчание. Хотя возникало соображение настолько очевидное, что пришло на ум всем, а моя заслуга лишь в том, что я озвучил его первый:
– Эта стена появилась сразу после выброса. То есть что-то вроде стандартной аномалии. Если думать логически, то с новым выбросом она тоже может исчезнуть.
– А когда ближайший выброс? – спросил бывший священник с надеждой, потянувшись к ПДА.
– И не думай, преподобный, – разочаровал Хмырь, – связи все равно нет. А вдобавок, когда происходит внеплановый выброс, особенно такой силы, все прогнозы устаревают. Зона в нестабильности, надеюсь, что небольшой. И когда случится новый выброс, никому не известно: он может начаться в следующую минуту, а может и через две недели.
– Подорвать? Или подкопать? Гранат должно хватить, – заметил Терем.
– Попробовать можно, хотя не верится.
– Еще идеи?
– Мне вот интересно: а это препятствие в обе стороны? Или отсюда только выйти нельзя, а зайти можно без помех? – задумался Хмырь.
– Я пойду, проверю стенку на прочность, – поднялся Терем. – Хмырь, Карась, дайте по гранате.
Я послушно ссудил одну порцию взрывчатки, и он пошел проверять теорию. Что-то подсказывало, что дело успехом не увенчается, хотя я искренне желал ошибиться.
– Приплыли? – поинтересовался один из раненых, появившись в проходе.
– Не паникуй раньше времени, – бросил Хмырь. – Иди отдыхай… Если сюда можно попасть снаружи, то дело мне совсем не нравится, учитывая, что поблизости ходит огр.
Раздался взрыв, который оказался не столь уж громким. Все навострили уши; взрыв повторился, на этот раз тише.
Из-за холма появился сам подрывник с видом красноречивей слов.
– Ни прямой взрыв, ни подкоп? – уточнил я.
Покачав головой, Терем достал фляжку и сделал добрый глоток.
– Кто-то что-нибудь подобное раньше встречал? – Я посмотрел на друзей по несчастью. – Или, может, кто-то рассказывал о чем-то подобном?
