Златка испуганно съежилась. Само собой, Степана взбесили прозрачные слова Малого, адресованные ей, и смысл их друг, разумеется, понял правильно. Он и без того догадывался, что у неё с Тимом что-то было, а она еще и невольно подлила масла в огонь, так обрадовавшись появлению бандита. Вот только заварушки, закончившейся чьей-то кровью, ей и не хватало!
Но Черников и не подумал подчиниться приказу мальчишки. Не подпуская Злату ближе, он распахнул куртку, и бесстрастно выдернул из-под пояса джинсов пистолет. Стёпка судорожно вздохнул, но воинственно оставался на месте делая выпады ножом в сторону Валета и Генки.
Златку обуял настоящий ужас. Она понимала, что не сможет помешать Тиму расправиться со Стёпкой, он ведь намного сильнее, и кто против него? Оставалось лишь отчаянно закричать, что девушка и сделала. Впрочем, безрезультатно, а Валет, очухавшись от болевого шока, беспощадно рванул её на себя, и она едва не задохнулась, уткнувшись носом в его грудь.
— Он же убьет его-о-о! — взвыла Златка, колотя по рукам мужчины. — да не стой ты столбом, сделай что-нибу-у-удь!!!
— Блять, не ори. — зловеще предостерёг Валентин, встряхнув её. — ни хрена с твоим придурковатым дружком не будет. Закрой рот, сказал!
— Не тронь её. — бросил приятелю через плечо Малой, с убийственным спокойствием надвигаясь на парня.
— Не подходи… Стой там, я не шучу! — заикаясь, просипел Стёпка.
Его предостерегающий взмах ножом Малого не впечатлил. Деваться Степану было некуда, не бежать же позорно, и он продолжал, трясясь от страха, нервно водить острием вправо и влево. Его сбивало с толку, что Тим невозмутимо приближался, а глаза Стёпки неотрывно глядели на дуло вороного ствола в руке мужчины.
Опередив Тима, он попытался достать его ножом, но промахнулся, хотя и чиркнул по щеке Черникова. Боли тот не почувствовал, слишком играл адреналин.
— Давай, режь, ты ж мужик, а? Слово свое железно держишь?! — усмехнулся Малой, неожиданно резко ударив ногой по запястью парня.
Нож с жалобным звяканьем отлетел к стене. Степан затравленно огляделся, поймал испуганный взгляд притихшей Златы, и облизнул пересохшие губы. Он не мог понять, чего хочет бандит.
— Какая досада, ага? Может, ты голыми руками меня прикончишь, м? — говорил Тимофей тихо, вроде дружелюбно, но лицо его выражало скрытую угрозу. — смотри, мелкий, это настоящий «стечкин», хочешь поиграть в героя перед девчонкой? Девчата тащатся по героям. На, ублюдок, стреляй!
Развернув пистолет, Малой силой впихнул рукоятку в дрожащие руки Степана, и тот отшатнулся.
— Стреляй, сука, стреляй наверняка, без промаха. Потому что, если промажешь, пацан, я тебя по стене размажу! — жутко осклабился Малой, опустил голову, прижавшись лбом к дулу, и рявкнул так, что Златка сильно вздрогнула, — ну, чё тормозишь, бля?! Стреляй!
— Э-э, харэ там… — вмешался, очнувшись от ступора, Генка, и в один прыжок оказался за спиной у Тима. — слышь, Тимоха, ты кончай хуетой страдать. Щас погрузим пацанят и погутарим в тихом месте. Девка вон чуть живая от страха, на хуй лишние заморочки?
Презрительно скривив губы, Малой выпрямился, похлопал окаменевшего Стёпку по плечу, безжалостно двинул ему по лицу кулаком, и следом под дых. Парень был хоть и высокий, но худой и тщедушный, от удара согнулся пополам, и тоненько заскулил. Генка, поторапливая его пинками, начал оттеснять к выходу.
— Малой, ты идешь? — оглянулся на лестнице Валентин, и Тим кивнул, взглянув на Златку.
— Я догоню…
Девушка стояла, привалившись спиной к холодной обшарпанной стене, и при виде её заплаканного хорошенького личика у Малого снова защемило в груди. Он не хотел её пугать, но мелкий уж больно взбесил своей бравадой, а заводился Тим с пол оборота. Это была одновременно его сильная и слабая сторона — психическая несдержанность.
В иных случаях это помогало ему выжить, в таком состоянии он был способен дать отпор кому угодно, особенно в тюрьме, где поначалу его прессовали не по-детски. Но сейчас он пожалел, что блондиночка видела его таким. Не потому, что Малой стремился быть в её представлении героем, просто он не хотел показывать себя истинного перед нею.
— Эй, ты чё, реветь вздумала? — ласково улыбнулся он, шагнув к Злате. — давай без соплей, крошка, окей? Дружка твоего надо малость проучить, сама ж знаешь, борзеть он стал до хуя.
Она молчала, глядя на него опухшими глазами. Яростно растирая кожу на руках, медленно пятилась вправо, словно боясь его, и Тим вытянул ладонь, упер в стену, не давая ей пройти. Усмехнулся, опустил голову, некоторое время разглядывал свои кроссовки, и тихо произнес:
— Ладно, давай, говори, какой я, сука, мудак и сволочь. Ты ж щас об этом думаешь?! Розовые очки-то еще не сняла?!
— У тебя кровь… — прошептала Златка, легонько коснувшись его лица. — больно тебе?
Он не нашелся, что сказать, машинально дотронулся до щеки, и наткнулся на прохладные девичьи пальчики.
— Больно? Потерпи, Тим… Пожалуйста… — от волнения часто заморгала Злата, и, с трудом отодрав клочок ткани от своей футболки, принялась осторожно вытирать алые ручейки.
