— Господь помилуй, это не какашки единорога, а сочетание мускуса и ванили, Кёртис! — строго промолвила Марти, напоследок щипая Керта за нос. Тот ойкнул и отошёл, подпуская Телу, что уже вытянула шейку. Она во всю желала пахнуть какашками едино… ладно-ладно, молчу.
Мартисса по очереди опрыскала нас ароматными сладкими духами, растратив всю жидкость во флаконе. Пока замороженные корни отмирали, зелёная жижа отступала, ветви ив успокаивались, а призраки медленно регенерировали, мы поспешили к четвёртому Особенному по волшебной дороге из зелёных аметистов.
Частный сектор и все, что к нему прилегало, поросло высокой острой травой. По рыхлой влажной земле текли узкие маленькие ручейки, некогда темно-синяя вода смешалась с ядом, булькающим и дымящимся. Все ручьи текли только по направлению к озеру Бэдданилейкер через какой-то старый заброшенный луг, через широкие склоны Силенту с сияющими голубыми цветами, через главную, самую большую из трёх площадей Броквена — площадь Сияния. По крайней мере я так думаю, пути призрачного Броквена могут быть слегка искажены, могут показаться те улицы, здания и площади, которых уже давно нет в живой версии. Которые мертвы вместе с жителями.
Дорога была нелегкой, дорожка из зелёных аметистов действительно была кстати. Сначала мы проходили длинные нескончаемые луга из колючей травы, тропинка была настолько узкой, что нам приходилось гуськом, друг за дружкой шагать по мокрой земле. В траве виднелись ещё какие-то цветы, похожие на Джайванские плющи. Бледно-розовые, с маленькой пастью и изодранным стеблем они опасливо то поднимались, то опускались. Ползали призрачные ужи, слизывая дорожки яда и рыская в поисках добычи. Где-то притаились глаз-фонари, шурша травой. Площадь все отдалялась, также как и утробные стоны призраков. Становилась дальше и статуя Отца, но все же создавалось липкое противное ощущение, что он извращенно смотрит нам в спины и лукаво улыбается своими треклятыми плоскими губами. А мы только тихо охали и ругались на узкие дрожки, сосредотачиваясь на зеленом блеске камней. Бирюзовые волны, помогая, подсвечивали их, оседая на земле.
Затем нам удалось выйти на широкую дорогу, она тоже оказалась усыпана аметистами. След пролегал через опустевшие коттеджи с огородами и садами, теплицами и оранжереями; везде были различные растения, какие-то совершенно нормальные, а какие-то испорченные, отравленные и мутировавшие. Зеленые волны оплетали измученные растения, покрывались аккуратной рябью около них, будто пытаясь спасти и вновь оживить. В аметистах-указателях отражались оборванные флажки на крышах коттеджей, вы уже догадались, с кем. Камни вели нас прямо, лишь иногда дорожка казалась неровной из-за недостающих аметистов, некоторые попросту сдуло аномальным ветром. Дорога вывела нас на то место, где не было ничего: здесь пахло ровно ничем, пустые кирпичные заросшие дома походили на выгоревшие, все растения и деревья замерли, ни одного листика не упало на наши головы. Даже небо здесь приобрело совсем чёрный оттенок, звезды пропали, на месяце нельзя было нафантазировать какую-нибудь морду. Моя магия оставалась светлой, ведь ничего не находила в этом частном секторе, только останки былой жизни, грязь и пустоту.
След не кончался довольно долго, одни дома заменяли другие, а растений, даже увядших, становилось все меньше. А вот когда мы повернули за угол, след резко оборвался. Я впала в ступор.
— И чего дальше? — Кёртис почесал затылок, пока Эйд осматривал пустую местность уже без домов и огородов. Впереди был только склон, а за ним бесконечные густые глухие леса и электростанции. Ничего не понимаю.
— Может, он уже за нашей спиной? — Тела резко повернулась и широко расставила руки для объятий: — Вот ты и появился, Осо… ой. Никого нет!
— Дальше только леса, а там уже не видно блеска аметистов, — подметила я, рассматривая последний камень на нашем пути. Магия броши витала наверху, словно высматривая что-то. Она чуть потемнела, проглядывался волшебный перламутр. Искры оседали на макушках деревьев. Я неуверенно добавила: — Волны странно себя ведут. Кажется, они в смятении.
Эйдан повернулся к остальным, указывая на пробегающую синюю дранную кошку:
— Кошка какого цвета?
— Синего… — ответили все разом.
След оборвался, казалось, вот-вот мы начнём смотреть следующую смерть. Но все было нормально. Ну как нормально, в стиле призрачного Броквена. И это вгоняло в сомнения, а точно ли мы увидели Особенного. Вдруг это ловушка?
Я встряхнула головой, прогоняя дурные мысли. Одна почка чувствовала неладное, а вторая говорила подумать ещё и желательно о полезном. Надо же хоть раз довериться второй почке, а не скакать между двумя, поэтому я потупила взгляд и замерла над склоном. Думай, Елена!
— Видите крыши?
Послышался голос Мартиссы. Она вышла вперёд, показывая пальцем в самый низ. Ей удалось додуматься быстрее меня.
Внизу и вправду было видно три крыши. Одна, что в центре, особенно выделялась. Остальные две были деревянными и выгнутыми, а эта была двускатной и с серебристым налетом.
— Видим, — кивнул Эйд.
