- Мне? — переспросила я в тщетной надежде, что ослышалась.
Линдсей с энтузиазмом кивнула:
- Обязательно. Джейден наверняка настоит, чтобы тебя пригласили за стол.
"Ещё чего не хватало!" — едва не ляпнула я, но всё-таки сдержалась и позволила Линдсей поиграть в куклы в человеческий рост.
Разумеется, её платья и юбки были мне безнадёжно коротки: кукла оказалась переразмеренной. Но белое атласное болеро пришлось впору и разом превратило излишне строгое темно-синее платье в вечерний наряд, а скромная брошь в виде голубой розы удачно довершила образ, и в Кроуфорд-холл я отправилась с обманчивым ощущением уверенности в себе.
Джейдену хватило одного долгого оценивающего взгляда, чтобы напрочь лишить меня этой иллюзии, хотя обвинить его было абсолютно не в чем: он по-прежнему был безупречно вежлив и немного неуклюж — ровно настолько, чтобы его неловкость вызывала покровительственную улыбку, а не смех. В застольной беседе что он, что я участвовали постольку-поскольку: Джейден ушёл в себя и не то мысленно перебирал мясницкие ножи, не то представлял кровавые расправы, а я вспоминала инструкцию по работе под прикрытием. Это заставляло держать себя в руках, поскольку рекомендаций прятаться под стол от объекта слежки там совершенно точно не было.
Каллум Кроуфорд в беседе не участвовал вовсе. Его супруга, безуспешно попытавшись втянуть мужа в разговор, быстро сдалась и переключилась на леди Изабель и Линдсей. Те охотно пришли на помощь, и застольная беседа тотчас стала неспешной и настолько благопристойной, что заикаться о самопальной выпивке для безразличного ко всему хозяина дома было как-то неловко — к тому же присоединиться к мужчинам в библиотеке на дижестив мне никто не предложил. А Джейден и вовсе начал рассказывать о своей мастерской, не дожидаясь десерта, и всем уже было ясно, куда я отправлюсь из-за стола: будущий хозяин Кроуфорд-холла не оставил мне никакой альтернативы.
Я успокоила себя тем, что это не последняя встреча с Каллумом Кроуфордом и уж точно не последний мой визит сюда, и сдалась на милость победителя.
Только по дороге будто бы невзначай задела краем юбки стул лорда, позволив мягкому кошачьему пуху осесть на идеально отутюженных брюках, да убедилась, что окно библиотеки беспечно открыто.
Джейден так нагнетал атмосферу, что я ожидала увидеть, по меньшей мере, залитую кровью скотобойню и даже ощутила некоторое разочарование, когда выяснилось, что мастерская занимала небольшую комнату на первом этаже. Окна выходили не в сад, а на подъездную дорожку, и днем здесь, должно быть, было очень светло и солнечно, но поздний вечер диктовал свои порядки. Из-под потолка с любопытством выглядывала люстра — простенькая, почти без декора, но очень яркая; однако ее одной гению от скульптуры показалось маловато, и на дальней стене сиял ровный ряд ламп для макияжа. В центре комнаты стоял небольшой подиум, какой обычно использовали модистки для примерки, а один из углов отгораживала старомодная ширма для переодевания.
Видимо, чтобы окончательно обмануть мои ожидания, из-за ширмы выглянула пожилая женщина в легком шелковом платье, выгодно оттеняющем по-ньямарангски смуглую кожу и черные волосы, уложенные бабеттой.
- Наконец-то! — воскликнула она с легким акцентом и немедленно схватила меня за руку. — Вот, миз Марион, вставайте сюда, я на вас посмотрю!
На подиуме, впрочем, я оказалась еще до того, как она закончила фразу: певучий ньямарангский акцент, вытягивающий последнюю гласную в слове, делал речь медлительной и плавной, — а терпения у этой женщины оказалось куда меньше, чем это было свойственно аборигенам.
- Миссис Мали Ваен, моя незаменимая помощница, — запоздало представил Джейден и со зловещим щелчком закрыл дверь. — Она подготовит для вас костюмы и грим, если не возражаете, миз Марион.
Возразить я не успела бы в любом случае, поскольку к тому моменту, когда гениальный скульптор договорил, миссис Ваен уже замеряла меня портняжной лентой и довольно цокала языком, занося цифры в пухлую тетрадку с цветастой обложкой. Казалось, что, когда я озвучу возможные претензии, костюмы будут готовы, а почтенная дама едва ли отвлечется от нанесения грима.
- Рада знакомству, — сообщила я с достоинством — насколько это вообще возможно, когда собеседник копошится с портняжной лентой где-то у тебя подмышкой.
Миссис Ваен пробормотала ответную форму вежливости и, довольно мурлыкнув что-то себе под нос, потянула меня за ширму, оставив Джейдена на полпути к подиуму.
- Сегодня я бы хотел сделать несколько снимков для первой статуэтки, которая будет изображать Соладу до того, как она попала во дворец и привлекла внимание императора, — сообщил скульптор, чем-то активно шурша и щелкая за ширмой. — К счастью, для этого образа долгих примерок и тщательной подгонки не потребуется, и откладывать ничего не придется. Кроме того, я смогу показать снимки вам и леди Линдсей, чтобы вы приняли окончательное решение о допустимости позирования, и мы с вами подписали соответствующий договор.
