— Хощу… зайти… к Врангу, — сказала она неуверенно. Разделённый надвое язык почти зажил, но слова всё равно давались ей с трудом. Она потопала сапогами по пыльному ковру, чтобы стрясти грязь, и вопросительно взглянула на охрану.
— Конечно, миледи, — отвечал ей один из гвардейцев.
«Всё-таки не отнял у меня право проходить через них», — подумала Мальтара.
Злилась ли она на Морая? Тосковала? Точила зубы? С того дня внутри залегла бесстрастная пустота.
Она шагнула в жилище, ставшее брату темницей.
Единственным развлечением Вранга взаперти, в небольшой каморке с видом на конюшню, было чтение. Он стряхивал пыль с давно никому не нужных книг, читал историю и географические заметки, Кодекс Доа и биографии.
Взглянув в его лицо, Мальтара увидела отражение себя самой. Безразличие, уныние и бессмысленность. Однако, когда за ней закрылась дверь, он слегка оттаял и поднял брови.
— Сестра? — молвил он негромко. — Как ты?
— Хршо, — не слишком охотно выговорила Мальтара. Вранг потемнел лицом, сочувствуя. Но она не верила ему ни тогда, ни теперь. — Пршла сказать, что мой черёд.
— Черёд чего?
— Уходить отсюда.
Глаза Вранга распахнулись шире. Он выдохнул, не веря своему счастью, и улыбнулся:
— Мальтара! — он поднялся с запылённого кресла, на котором сидел, и шагнул к ней. Но обнять не решился. — Какая же ты молодец! Как хорошо было бы, если бы ты поняла это раньше.
«Если бы да кабы», — подумала та. Она почти не улыбнулась ему в ответ и продолжила:
— В Арракис. Еду. Окольными путями, конечно.
— Отправься к кузену! Уверяю, он примет тебя…
— Вряд ли, — она дёрнула плечом. — Но я передам от тебя, что скажш.
Вранг тут же встрепенулся и заходил туда-сюда. Два шага вдоль кушетки, три по диагонали комнаты. Для Мальтары главное было, чтобы он не отводил глаз.
Она держала его взгляд, и ему было всё тяжелее отвлечься.
«Я твой друг», — говорила Мальтара мысленно. — «Я делаю, как ты хотел. Значит, я твой друг. Значит, ты можешь говорить со мной честно…»
— Скажи им, что со мной всё в порядке. Что я люблю их, — произнёс он задумчиво. — И что я скучаю. Что Морай, похоже, хочет склонить меня на свою сторону, раз пытается знакомить с драконом… — он притих, опасаясь, что зашёл на скользкий лёд. Но Мальтара ничего не выразила на своём лице. — И что они могут это иметь в виду при переговорах. Он не причинит мне вреда, я думаю. Пусть рассчитывают на меня. И пусть приветят тебя! Ты служила ему много лет, но некому было помочь тебе вылезти из этой ямы. Ты не виновата.
«Ты не прав», — невольно подумала Мальтара. Она не разрывала с ним глазного контакта. И продолжала твердить про себя. — «Однако ты так не считаешь. Ты считаешь, что я жертва обстоятельств. Ты считаешь, что я безобидна…»
Морай считал её искусство бесполезным, но Мальтара никогда не пренебрегала им. Она словно вела с собеседником двойной диалог: вслух она говорила одно, а мысленно внушала ему то, что ей требовалось.
Это её ещё ни разу не подводило. И хотя Вранг был добродушен лишь на вид, а в душе — недоверчив, как дикий гьенал — она знала, что добьётся своего.
Она покивала и улыбнулась:
— Однако я не хчу оставаться в Альтаре, — сказала она. — Пережду и впрёд. Меня манят другие земли. Я хчу покинуть эти края… хчу увидеть море и горы легендрного Сакраала… хчу жить, а не прислуживать одной из сторон этой войны. Денег у меня хвт. Спрвждение есть.
— А если вскоре я стану марготом? Или даже марпринцем? Ты вернёшься?
Она ответила ему долгим взглядом.
«Похоже, всё сработало».
— Псмтрим… — ответила она. Они поцеловались в щёки на прощание. Уже у двери она остановилась и достала из кармана небольшой свёрток. В нём было деревянное колечко. Она положила его на перчатку и протянула брату:
— Взьми. Носи на память обо мне.
— Я смогу передать его тебе с посыльным, чтобы ты знала, что это от меня? — взволнованно спросил Вранг, надевая его на указательный палец.
Мальтара кивнула.
«Отдыхай, Вранг, спи», — подумала она.
Он улыбнулся ей напоследок — и она ушла.
«Любящий семьянин, заботливый брат, достойный наследник», — ухмылялась Мальтара про себя. — «Это не про Морая, но и не про тебя; жалкий, мстительный, хитрый Вранг».
После этого она, не теряя времени, отправилась в покои маргота.
Только вернувшийся от Скары, Морай был у себя. Шлюха ещё не успела прийти к нему с кладбища, поэтому он был предоставлен сам себе и доносам с маятского фронта. Он что-то насвистывал себе под нос; но вид у него был мрачен.
Когда Мальтара с его дозволения вошла, он посмотрел на неё тяжёлым взглядом. Она сделала один шаг, второй, подходя к нему; он не отстранился. Тогда она приблизилась и прижалась к его боку. Спрятала лицо у него на плече.
Он похлопал её по спине, а второй рукой опрокинул кубок.
— Брат… — прошептала Мальтара. Она долго воображала себе этот разговор. Но, когда час настал, слова не шли на язык. Поэтому она сглотнула и дала себе полминуты на то, чтобы собраться. Пока его сердце стучало у неё над ухом.
