И я отпускаю руку Аллы, разжав пальцы.
Она тут же поворачивается ко мне – на лице нечто невообразимое. Глаза расширены, рот приоткрыт. Грудь соблазнительно высоко вздымается от глубокого частого дыхания. Особенно это заметно через ее не самое закрытое декольте.
– Что за хрень происходит? – спрашивает она, все еще дыша через рот. – Ты что-то делаешь со мной? Это магия какая-то?
– Клянусь тебе, я ни одного заклинания пока еще не знаю. Такая херь и со мной впервые происходит! Что ты видела? Расскажи мне!
– Сначала ты.
– Нет уж! Ты снова соврешь, как утром!
Она виновато опускает глаза.
– Ты понял?
– Конечно. Так что на этот раз ты первая.
Она снова делает то же самое, что делала утром – обнимает себя за плечи. Учитывая, что одеждой скрыта меньшая площадь ее тела, чем оставшаяся оголенной, сейчас действительно можно поверить в то, что ей холодно.
– Я уже второй раз… – она глотает слюну – я вижу это по тому, как напрягается кожа на ее шее, – уже второй раз вижу нас с тобой. Но если утром мы просто… целовались… то сейчас… – она поднимает глаза, снова начинает учащенно дышать, – мы пошли дальше.
Моргаю.
– И… никаких… кубиков?
– Что? – она то ли усмехнулась, то ли едва сдержалась, чтобы не заплакать. – Какие кубики?
– То, что я видел утром, я уже рассказывал. А сейчас… мы сидели за столом. Я, ты, один мой знакомый, Макс, Микаэлла и еще двое – чернокожий парень и блондинка с белыми волосами.
– Белыми? Или как бы платиновыми?
Пожимаю плечами.
– Наверное, второе.
Она хмурится.
– Тогда ты говоришь о Джессике. Она англичанка. Приехала сюда еще двадцатого августа. Тоже первокурсница, но на вечеринку не пошла – чувствовала себя плохо. Такая… худенькая, стройненькая, как куколка Барби.
– Да! – чуть ли не вскрикиваю я. – Офигеть! Мы что, видим будущее?
– Не знаю, – говорит она чуть тише. – Но после нашего утреннего рукопожатия… ты словно проник в мою голову… и не покидаешь ее.
Чувствую, что сердце значительно ускорило свой темп.
– Мы видим будущее? – теперь спрашивает то же самое она.
Я пожимаю плечами.
– Я правда не знаю, – шепчу ей в ответ. – Но я с самого утра не могу ни о чем думать, кроме как о тебе и том видении. А теперь добавилось еще одно.
– Так будет происходить каждый раз, когда мы будем… касаться друг друга?
Я снова пожимаю плечами.
– У меня голова кругом, – улыбается она, касаясь лба. – Давай сядем, может?
И мы вернулись за стол. Тут же появилась та рыжая, что приносила нам коктейли. И заменила пустые бокалы новыми.
– Может… расскажешь о себе? – спрашивает она. – Думаю, раз с нами такое происходит, мы просто обязаны узнать друг друга лучше.
4
Мы разговаривали. Разговаривали долго. По ощущениям – несколько часов.
За это время к нам успели вернуться Макс с Микаэллой, немного посидели с нами и выпили, Макс произнес красочный тост о женской красоте. Затем они ушли, оставив нас одних. На этот раз они ушли вниз. А мы продолжали разговаривать.
Меня не покидало чувство, что мы уже давно знакомы. Мы продолжали и продолжали говорить, темы всплывали сами собой. Мы говорили о фильмах, о детстве, об увлечениях. Она тоже любила читать, хотя я никогда бы не подумал, что книгами увлекаются такие красотки – внешность, поистине, обманчива.
– Я просто не дура, – улыбается она. – Знать, как должна выглядеть и вести себя девушка, чтобы парни на нее пялились – вовсе не значит быть давалкой. Я просто нехеровый психолог.
Когда наша выпивка в очередной раз закончилась, а перед глазами у меня уже слегка плыло, она резко встала.
– Хочу танцевать, – говорит она. – Я бы взяла тебя за руку и потащила на танцпол, но… давай лучше без касаний.
Кивнул, соглашаясь с ней, и вышел из-за стола.
Я даже не заметил, как мы покинули второй этаж и оказались на первом. Я просто двигался в такт музыке, наслаждаясь моментом. Людей стало намного меньше, и потому было не так тесно, как тогда, когда я подошел к ней с коктейлями в начале вечера.
Я смотрел на нее. Буквально наслаждался тем, как она использовала свое тело в танце. Я видел, как на нее смотрят другие парни, и меня это заводило. До того момента, пока к ней не подкатил какой-то блондинчик. Он что-то сказал ей, коснулся ее запястья. Она тут же сократила расстояние между нами и практически вжалась в меня.
– Я занята, дружок, так что прости, – ответила Алла, улыбаясь.
Он отошел, но она не отпрянула – мы продолжали танцевать рядом друг с другом, и я слышал ее дыхание. Наши тела даже стали соприкасаться. Быстрый темп сменился медленным, и все танцующие разделились на парочки.
– Может, – тихо говорит она, – нужно просто не касаться руками?
Ее пальцы касаются моей груди, но ничего не происходит.
– Наверное, если касаться обнаженной кожи, – предполагаю я и обнимаю ее за талию – и снова ничего.
Мы медленно двигаемся. Я вдыхаю чудесный запах ее волос – пахнет ягодами. Возможно, это духи, но может быть и запах шампуня – черт его знает, к каким приемам прибегают девушки, чтобы так вкусно пахнуть.
