– Да, я позже допишу, – отложила перо и поднялась с места.
– Ашер крепко спит. С ним матушка и нянечки. Можем ехать, – прижал меня к себе дракон и я уткнулась лбом в его крепкую грудь.
– Думаешь, Харон примет от нас такой подарок?
– Я уже с ним встречался, – от неожиданности я взметнула на мужа удивленный взгляд. – Мы поговорили. Он прекрасно понимает, что я не приведу ребенка в грязную таверну. И дом я уже купил, – у меня дар речи пропал. До чего же быстро и просто мой муж решает проблемы! – Грейсон играет в саду и готов встретиться с отцом, – даже здесь он уберег меня от волнительного разговора с ребенком!
– Спасибо, родной, – с любовью обняла Элиаса, в который раз убеждаясь, что у меня лучший мужчина на свете!
Вскоре мы уже шли к экипажу, а Грей бежал вприпрыжку впереди. Малыш болтал без умолку всю дорогу, а я смотрела в оконце кареты, стараясь запомнить путь. Довольно далеко от столицы располагался поселок с небольшими, но милыми домиками. Мы подъехали к самой окраине, где на опушке леса возвышался дом, окруженный деревьями. Вид отсюда открывался волшебный. Величественные горы, как на ладони. Шелесту листьев вторило журчание реки. Легкий ветерок обдавал лицо, когда мы подходили к низенькому заборчику.
Калитка отворилась и к нам навстречу двинулся новый хозяин дома. Я смотрела на Харона безотрывно, не узнавая в нем прежнего властного дракона. Обстриг некогда шикарные черные волосы, гладко выбрился. Совсем другое лицо! Не привычное. А одежда простая. Рубаха белая, да штаны широкие.
Стоило ему увидеть сына, черные глаза заблестели. Он опустился на корточки и раскрыл руки, принимая Грейсона в объятия. С такой любовью прижал к себе ребенка, что у меня сердце защемило.
– Папа, ты теперь здесь жить будешь?
– Да, малыш, здесь так красиво, правда? Будешь почаще ко мне приезжать? – а голос ничуть не изменился.
– Буду! – радостно ответил Грейсон и Харон поднял на меня взгляд.
Меньше года не виделись, а будто целая жизнь прошла. Но даже сейчас в драконьих глазах горели те алые искры, за которые я когда-то его полюбила. Он улыбнулся, подхватил сына на руки и подошел к нам.
– А ты все хорошеешь, Лиора, – обвел меня обожаемым взглядом, чем немного смутил. Эмоции будоражили настолько, что щеки загорелись. – Рад встрече, Элиас, – сухо кивнул моему мужу. – Идемте, чаю попьем.
Я внимательно рассматривала обстановку в доме и подмечала уютные мелочи. Видно было, что Харон успел немного обжиться. Провел нас в гостиную и засуетился у стола.
– Как раз печенье испек. Возможно, не так вкусно, как хотелось бы, но старался. Угощайтесь, – поставил на стол тарелку, а я не знала, как себя вести. Прижималась к мужу и молчала.
– Чем будешь заниматься? – спросил Элиас, а Грейсон потянулся к печенью.
– Да вот, думаю, виноградники посадить, – рассмеялся Харон, разливая травяной чай по чашкам.
Я хохотнула и напряжение, что витало в воздухе, испарилось.
– Хорошая мысль. Я тебе долго про виноделие рассказывать могу, – сказала и наши взгляды столкнулись, а на душе сделалось легче. Не осталось злости и обиды. Все в прошлом теперь!
– Все равно у вас вино лучше, чем у бабули, не получится, – выдал Грей с наполненным ртом, чем всех нас повеселил.
– Точно! С ее лапутским теперь ничего не сравнится! – поддержал Элиас. – Будем уезжать, извозчик гостинцы занесет в дом. Оценишь, – даже об этом муж позаботился!
– Спасибо вам за все, – искренне произнес Харон и присел на стул рядом с сыном. – Я очень скучал, – посмотрел на Грейсона с нежностью и любовью.
– А у меня братик родился! – похвастался Грей и Харон тяжело вздохнул, а потом посмотрел на меня с улыбкой.
– Поздравляю. Вы прекрасные родители.
– Ашер такой малюсенький! Ты бы видел! Бабушка Сельвия говорит, что вылитый Элиас. А я думаю, на меня похож! – снова он заставил нас рассмеяться. – Тебя так долго не было, мама сказала, что много дел было.
– Да, сынок, – взглянул Харон на меня с благодарностью, понимая, что я ничего не рассказала сыну о казнокрадстве. – Но теперь я всегда буду здесь. Всегда тебя буду ждать. Рыбачить с тобой будем и по речке плавать.
– А кораб…
– Это прекрасно! Дедушка Гюнтер очень любил рыбачить! – специально оборвала я речь сына, чтобы своими просьбами о корабле он не обидел Харона.
И вот после этого все моральные преграды пали. Мы начали общаться, как давние друзья. Шутили, обсуждали минувшие события и наслаждались беседой. Грейсон как раз вошел в такой возраст, когда ляпает языком все подряд, чем смешит всех вокруг.
Мы еще долго сидели в гостиной за чаем, а потом отправились на территорию дома. Я сразу нашла Харону подходящее место под небольшую плантацию виноградника и принялась ему вкратце рассказывать о тонкостях выращивания ягод. Мы больше не вспоминали о тяжелом прошлом и просто радовались новому дню, который принес мир в оба наши дома.
Но в тот миг, когда мы прощались и Грей с Элиасам забрались первыми в карету, Харон придержал меня за руку и заглянул в глаза.