– Здравия желаю! Я – капитан-лейтенант Виктор Чайка, командир «Балтийска».
– Здравия желаю! Оперативный дежурный ВМБ Кронштадт капитан-лейтенант Иван Неелов. Имею предписание сопроводить вас и штурмана корабля к коменданту военно-морской базы.
– Сейчас приведем себя в порядок, и мы – в вашем распоряжении, товарищ капитан-лейтенант.
– Добро.
Отдав необходимые распоряжения старшему помощнику Артему Султанову, Чайка вместе со штурманом Гравицким отправился в штаб военно-морской базы Кронштадт.
Комендантом Кронштадта оказался капитан первого ранга с седыми прокуренными усами и седым бобриком волос. Его левую щеку от глаза вниз к уголку губ пересекал длинный шрам.
– С прибытием, капитан-лейтенант. Мое имя – Вячеслав Михайличенко. По поводу тебя указания уже даны, корабль и команда поступают на особый учет по линии военной контрразведки, так что придется привыкать тебе к соседству с офицерами НКВД. Ты сам понимаешь, Финляндия близко, а оттуда немцы могут диверсантов засылать и по морю – через залив и по воздуху…
– Ничего страшного, это не самая большая проблема. Вам докладывали о нестандартном боекомплекте для нашего корабля?
– Точно так, докладывали. Из Ленинграда вчера ночью пришла баржа, мы ее в авральном порядке разгрузили. Зайдете позже к начарту ВМБ, распишитесь в ведомостях и в формулярах.
– Есть!
– Так, нужно еще поставить вас на вещевое, котловое и вообще – на все виды довольствия. Сейчас утрясем это дело с тыловыми службами.
– Товарищ комендант военно-морской базы, разрешите просьбу?
– Я слушаю.
– Ввиду того, что у нас на борту довольно мощное зенитное вооружение, разрешите включить «Балтийск» в общую систему противовоздушной обороны Кронштадта. И поручите моему кораблю зенитное прикрытие линкоров «Марат» и «Октябрьская революция», когда они вернутся с артиллерийской позиции на Неве в Ленинграде.
– Хм… Мне приказано не рисковать твоим кораблем, капитан-лейтенант… Но ввиду того, что «фрицы» постоянно выполняют налеты на Кронштадт – буду рад каждой лишней зенитке! – Хоть капитан первого ранга и сохранял суровый и непроницаемый вид, было заметно, что предложение Виктора Чайки ему пришлось по душе.
Весь остаток дня капитан-лейтенант Чайка провел, утрясая всевозможные военно-бюрократические формальности. В то время как экипаж под командованием старпома Султанова перегружал боеприпасы на борт малого ракетного корабля, моряки, выстроившись цепочкой, осторожно передавали из рук в руки ящики со снарядами для 76-миллиметровой носовой пушки и 30-миллиметровые – для кормовых шестиствольных зенитных автоматов комплекса ПВО «Панцирь-М».
Виктор Чайка удивился, насколько оперативно – да еще и в условиях жесточайших боев! – был выполнен заказ на нестандартный боекомплект. Всего по ведомостям, которые он подписал вместе с начальником артиллерии военно-морской базы, прибыло 500 снарядов для 76-миллиметровой пушки и 6000 – для скорострельных артустановок. Кроме того, прислали патронов и для крупнокалиберных пулеметов. Хотя Чайка договорился с начартом, что тот выделит на корабль шесть тяжелых пулеметов «ДШК».
Командир ракетно-артиллерийской боевой части капитан-лейтенант Березин был в восторге. Равно, как и остальные офицеры. Лейтенант Юрий Тихонов так и вовсе, казалось, сейчас пустится в пляс. У него и так оставалось меньше двух сотен снарядов на каждый из шестиствольных зенитных автоматов. Хватило бы только лишь на отражение одного налета немецких бомбардировщиков. Да и то – не факт…
Конечно, оставались еще и зенитные управляемые ракеты, но их и так изначально было не то чтобы много – всего с полсотни на пару пусковых установок. А ведь еще пришлось их потратить при отражении авианалета за время Таллинского перехода.
Зато теперь таких снарядов с лихвой хватит и на более серьезные дела! Например, на прикрытие мощнейших линкоров «Марат» и «Октябрьская революция» от атак пикировщиков «Юнкерс-87». То же касалось и носовой пушки: 76-миллиметровых снарядов хватало больше, чем на три штатных боекомплекта в полторы сотни выстрелов.
Посреди процесса погрузки вдруг взвыла сирена воздушной тревоги. В небе появился характерный силуэт ненавистной «Рамы» – немецкого воздушного разведчика «Фокке-Вульф» «Fw-189». Назойливо гудя, она стала описывать широкие круги чуть в стороне от Кронштадтского рейда.
– Вот сука! «Рама»… Теперь жди артобстрела, – выругался один из местных кронштадтских моряков, помогавший с погрузкой.
Развернулись к небу длинные стальные хоботы стволов. Наводчики на вращающихся площадках зениток крутили штурвалы подъемных механизмов, нацеливаясь по азимуту и углу места. Слитно грянули первые залпы, прострочили серое балтийское небо сверкающие нити трассеров скорострельных пушек и крупнокалиберных пулеметов. Впрочем, последние быстро смолкли – не достать на такой высоте…
Серые шапки разрывов усеяли и без того свинцовый и безрадостный небосвод. Назойливое жужжание стало тише и сместилось в сторону вроде бы Стрельны, как прикинул Виктор Чайка.
