Джейн стала карабкаться по четырехметровой стене. В этом ей здорово помогал автомат на длинном ремне, который она зацепила за стойку для крепления проводов. Наконец напарница Кларка тоже спрыгнула вниз, и под ее весом земля промялась значительно глубже.
– Мягко, – прокомментировала Джейн.
– Мягко-то мягко, только следы остаются. Где твои кустики, по которым мы полезем?
– Подожди, дай сориентироваться. – Джейн посмотрела вправо, влево, а затем уверенно ткнула пальцем, выбрав нужное направление: – Нам туда.
– Хорошо, иди первой.
Придерживая свой отмытый и сверкающий меч, Джейн смело двинулась в сторону густых зарослей, не замечая чудесных ароматов и автомата, бившего по ее ягодицам.
В отличие от нее на Кларка ароматы действовали опьяняюще. Он совершенно не к месту стал вспоминать какие-то романтические встречи, букеты, запах дорогих духов.
«Не время, Эдвард, не время!» – напомнил он самому себе, но до конца сосредоточиться так и не смог.
Миновав плотные ряды лиственных деревьев, Джейн и Кларк погрузились в осыпанные соцветиями кустарники, сколь прекрасные снаружи, столь и неприятные изнутри, поскольку их стволы были усеяны острыми шипами.
– Ты обещала, что они будут приятны на ощупь, – напомнил Эдди, морщась от болезненных уколов.
– Это еще не те кусты. Те будут дальше. Внезапно совсем рядом послышались голоса. Джейн и Эдди замерли.
– Ну и что теперь? Как пересаживать деревья, которым так много лет? – спрашивал один голос.
– Может, они еще восстановятся, Питер. Отрастут новые ветки, хвоя...
– Да какая хвоя, стволы-то совсем обуглены!
– Ладно, Питер, не ори так. Здесь где-то Дуда ходит. Услышит – будут неприятности.
«Садовники», – понял Эдди, наблюдая, как удаляются эти двое.
– Они боятся какого-то Дуду, – прошептал он. – Ты не знаешь, кто это такой?
– Нет, откуда? Ты думал, я знаю все?
– А что, разве нет?
Джейн ничего не сказала и стала выбираться на вымощенную пиленым камнем дорожку. Убедившись, что на ней никого нет, Джейн, а вслед за ней и Эдди перебежали к следующей линии насаждений.
На этот раз они спрятались среди высоких цветов, жесткие стебли которых сгибались под тяжестью алых соцветий.
Трудяги пчелы, гудя на низких нотах, деловито перелетали с цветка на цветок.
А на пожаре продолжали кричать люди. Они громко ругались – и некоторые из выражений Кларк слышал впервые.
Посидев еще немного, Джейн и Эдди двинулись дальше.
Они избегали открытых участков, но их становилось все больше, а в просветы между зеленью можно было видеть грандиозные строения дворца.
Колонны, террасы, перила и стрельчатые окна – и все в отличном состоянии, как будто ремонт был только вчера. Такая безупречность во всем делала дворец похожим на новую бутафорскую декорацию.
Тем не менее жизнь здесь била ключом, и, пока Эдди и его напарница добрались до нужного места, им пришлось не раз прятаться от слуг, занимавшихся той или иной работой.
Люди возили тележки с продуктами, пропалывали на газонах сорняки, возвращались из гаража и патрулировали сад. Здесь было по меньшей мере с десяток различных служб, и Кларк невольно пытался представить финансовые возможности человека, на которого охотился.
Наконец деревья остались позади, и последним броском Джейн и Эдди достигли тех самых кустиков, посаженных сдвоенными рядами.
– Уф! – выдохнула напарница Кларка, вломившаяся в посадки словно носорог.
– Ух, – облегченно вздохнул Эдди, проскочив следом за ней. – Ты ногами-то не очень, а то попадешь мне по голове, – предупредил он шепотом.
– Спокойно, сейчас полезем дальше.
– А куда лезем?
– В прачечную. По крайней мере, при прежнем хозяине там была прачечная.
«А сейчас может быть караульное помещение», – мысленно предположил Кларк. Затем энергично почесался и только тут заметил, что по нему ползают муравьи.
– Эй, давай вперед, я лежу в муравьиной куче! – потребовал он и дернул напарницу за ботинок.
– Уже едем, – отозвалась она и поползла вперед.
Обед произвел на Адольфа умиротворяющее действие. Сегодня Тарас приготовил несколько жемчужин национальной кухни, и сделал он это просто превосходно.
Поистине, это была хорошая задумка – отдать все заботы о меню самому маэстро. От этого ожидание трапезы становилось необыкновенно волнительным – что-то Тарас придумает на этот раз!
В сопровождении пропахшего пожаром Дуды и важного, как генерал, дворецкого Адольф прогулялся по свежему воздуху, а затем вернулся в кабинет – работать.
Вот уже полтора года он писал труд. Это был роман, отчасти биографический, отчасти назидательный, но в основном он отражал то постоянное чувство скуки, которое испытывал бывший президент.
Сказать по правде, он любил свой народ. Ему и сейчас его не хватало. А те жалкие крохи, что Кочма утащил в золоченую норку, все равно не решили бы всех проблем Трезубца. Ну, может, одну или две, но не все.
Адольф подошел к столу и включил компьютер. Затем посмотрел на экран. М-да, всего двадцать первая страница, а хотелось бы навалять штук шестьсот, чтобы была еще та книженция – тяжелая, в красивом и дорогом переплете. Чтобы как шарахнуть кого-нибудь по башке, так и конец схватке.
