Тело хозяина каравана походило на человекоподобную каракатицу, конечности были вывернуты в ненормальном положении, а каждое движение отдавалось мучительной болью.
С опухшего лица мародёра беспрерывно лились слёзы, когда весь организм трясло в дикой агонии.
Но Брутал всегда старался придерживаться одного важного принципа - если убиваешь, делай это так, чтобы никто не захотел повторить судьбу твоего врага.
Спокойно обойдя содрогавшуюся тушу, герой залепил толстяку ещё одну пощёчину, дабы мясной мешок продержался в сознании до конца казни.
Мутные глаза работорговца наполнялись животным страхом, при одном лишь виде монстра в человеческом обличье.
На этот раз юноша решил не повторять ошибку, совершённую с богиней и бегло осмотрев бандита, достал ржавый кинжал.
Глаза мужчины мгновенно расширились от ужаса, он не знал, что сейчас произойдёт, но это чудовище доставило ему слишком много мучений.
Единственное, что могло обрадовать толстяка - быстрая смерть.
Однако, надеждам работорговца не было суждено сбыться.
Встав прямо над хозяином каравана, Брутал замахнулся ножом и тут же всадил его по самую рукоятку в грудь мародёра.
—
Жирное тело судорожно дёрнулось от боли, но вырвав лезвие из кровоточащей плоти, герой продолжил ритмично вбивать кинжал в грудь работорговца.
По поляне разносились глухие хлопки раздираемого тела, когда юноша вонзал холодное железо в трясущуюся тушу толстяка, выдирая из того ошмётки плоти и костей.
В морозном лесу стояла почти полная тишина, лишь мерные удары ножа и слабое кряхтение почти мёртвого работорговца, выделялись на фоне обычных звуков природы.
Наконец, Брутал всадил руку в уродливую рану на груди бандита и хладнокровно вырвал оттуда несколько рёбер вместе с кусками мяса.
Выкинув лишние ошмётки в сторону, герой без промедления схватил основной предмет для завершения казни.
Крепко сжав едва бьющееся сердце, юноша медленно и болезненно потянул его из тела толстяка, доставляя тому последнюю агонию.
И вот, всего через мгновение, Брутал резко выдернул слабо пульсирующую плоть.
Оставшиеся секунды своей жизни хозяин каравана туманным взглядом наблюдал за тем, как изуродованный юнец кусок за куском пожирал его тёплое сердце.
Лишь, когда герой полностью поглотил плоть мародёра, он размахнулся ногой и с глухим треском проломил шею работорговца.
Конечно, Брутал мог бы сделать всё быстрее и аккуратнее, но у него не было особых причин для спешки.
Однако, немного поразмыслив, юноша всё же решил, что на этом можно остановиться.
Через минуту герой собрал двух выживших разбойников, валявшихся без сознания, и кинул их к трупу работорговца.
Схватив за голову бандита с выбитыми зубами, Брутал одним рывком свернул тому шею.
По округе вновь пролетел тошнотворный хруст и вздрогнувшее тело разбойника тут же было выброшено с повозки.
И только герой собирался сделать то же самое со вторым бандитом, как тот внезапно проснулся и ошеломлённо воззрился на тело толстяка, остывавшего рядом с ним.
—
Едва мародёр захотел вскочить на ноги, как почувствовал странное тепло на своей шее.
Опустив взгляд чуть ниже, он заметил руку, крепко сжимавшую его горло.
Не дав работорговцу и пискнуть, юноша ухватил подбородок мужчины и быстро перерезал ему глотку ржавым кинжалом.
—
Глаза бандита распахнулись в удивлении, но в тот же миг Брутал одним движением скрутил разбойнику голову, переломав своей жертве шейные позвонки.
Наконец, последний мародёр, орошая кровью заледенелые доски, упал на бок и испустил дух.
Внимательно оглядев каждый труп, герой убедился в том, что никого не пропустил и ненадолго задумался.
А уже спустя несколько секунд юноша собирал кинжалы, вешая их на специальную перевязь, снятую с мёртвого разбойника.
В процессе обыска трупов, герой нашёл странные блестящие железки, однако, тут же выбросил их, посчитав металлические кругляши совершенно бесполезными.
Споро осмотрев других мертвецов и приватизировав некоторые полезные припасы, Брутал планировал выдвигаться дальше, но вдруг, остановился и медленно повернул голову, уставившись на рабов.
Почти каждый пленник видел всё от начала и до конца, хотя в сознании смогли остаться немногие.
Зверолюды, ещё недавно молившие о свободе, только заметив, что на них смотрел ОН, затряслись, как эпилептики.
—
Некоторые рабыни моментально отключились, лишь взглянув в пылающие глаза юноши, остальные же упали на колени и стали жалобно молить спасителя о пощаде, рыдая и заливаясь слезами.
Окинув пленников недоумевающим взором, Брутал начал размеренным шагом приближаться к клеткам.
—
Зверолюдки в ужасе сбились трясущейся кучкой у крайней стенки и закрыли глаза, в ожидании первого треска сломанных костей и отчаянных воплей.
