Брутал полностью

— Сразу видно, что столь увлечённый исследователь не просто так занимал должность алхимика при имперском дворе. Но меня занимало несколько иное.

Ядовито прищурившись, кудрявый дворянин повышенным тоном произнёс.

— Меня интересует, как эти уроды вообще появляются на свет? Среди ей подобным я ни разу не встречал самцов. Неужели, гадины силой ловят мужчин и каким-то грязным колдовством овладевают их семенем?

Стоило юноше замолчать, как до слуха говоривших донеслось слабое всхлипывание.

Обернувшись на звук, аристократы заметили, как ламия пыталась быстро стереть слёзы, пока её вздрагивающее тело равнодушно обтирали служанки.

— Ого! Взгляните-ка! Кажется, наша беседа задела это чешуйчатое отродье!

С искренней радостью усмехнувшись, молодой человек тут же переключил всё внимание на змеелюдку, забыв про разговор.

— Ха, ха-ха! Господа! Эта химера, похоже, считает себя оскорблённой?

— Интересно... Ранее, я не замечал за особью подобного поведения.

Задумчиво пригладив волосы, седеющий мужчина невольно переглянулся с пухлым товарищем и увидел в его глазах одобрительный интерес.

— Товарищи! Мы собрались здесь по приглашению господина Катара и господина Никаса. Однако, мне кажется, что пора найти более приятное место для общения!

Пренебрежительно уставившись на тихо рыдающую ламию, кудрявый дворянин брезгливо прикрыл рот кулаком.

— А это отродье шлюховатой змеи пускай горничные отведут обратно, к её стае.

Едва аристократ закончил говорить, как ламия скрипнула зубками и угрожающе застучала хвостом по гладкому полу.

Зрачки рабыни сузились до размера небольших линий, и девочка даже проткнула ногтями кожу на своих ладонях.

В ту же секунду, небольшой амулет на шее змеелюдки вспыхнул ярким изумрудным сиянием, сообщая о том, что подконтрольное существо собирается напасть на кого-то без приказа хозяина.

Свет магического ожерелья не остался незамеченным для глаз аристократов. Уставившись на ламию, мужчины синхронно вскинули брови.

Дорогостоящий артефакт на шее девочки предназначался для контроля над нравом пленника и своевременного сдерживания последнего без нанесения физического ущерба.

— Ох! Она хочет напасть на нас?!

Изумлённо приложив ладонь ко рту, пухлый дворянин с неприязнью отшатнулся от оголённой змеелюдки, которая взирала на группу людей в богатых одеяниях с животной ненавистью.

— Аха-ха-ха! Эти твари совсем потеряли страх!

Подойдя ближе к трясущейся рабыне, кудрявый аристократ небрежно указал на неё пальцем и брезгливо изогнул губы.

— Тупая нелюдь. Неужели, мы открыли тебе истину? Твоя одичавшая мать забыла прошипеть тебе о том, что вы созданы для услужения нам? Может, она была слишком занята спариванием с огром в попытке заделать тебе червя сестричку? Ха-ха-ха!

Раскатисто захохотав, дворянин начал разворачиваться к другим аристократам, но вдруг, его остановил тонкий рык, смешавшийся с испуганными воплями служанок.

— Р-ра-а-асс!

Испуская протяжное шипение, ламия со всей яростью кинулась на опешивших мужчин.

Однако, в ту же секунду золотистый амулет засиял ярким изумрудным светом и рабыня застыла на месте, с воплями вцепившись в артефакт.

Молодой человек злорадно ухмыльнулся, наблюдая за тем, как девочка извивалась от боли.

— Вот и всё, на что вы способны, презренные звери. Бездумно бросаетесь на хозяев, а потом хрипите в удушье, моля нас о пощаде. Бездушные убожества.

— С-схр... Хр-ра-асс!!

Внезапно, из разъярённой ламии вылетел звук, походивший на смесь рёва и шипения, а каждый человек в обширной купальне пошатнулся от резкого головокружения.

Ожерелье рабыни заискрилось от перегрузки и воспользовавшись послаблением, пленница моментально набросилась на кудрявого дворянина, непонимающе мотавшего головой.

— Ч-что это... Э-эй, стой! Бпх..!