Всюду, куда не бросишь взгляд, что-то визжало, ревело, цеплялось за ничтожную жизнь, лишая последней своего врага и тут же упокаиваясь в единой могиле сотен миллионов тел.
Каждый метр Алой Пустыни полнился удушающей гарью, застилавшей обожжённую землю кровавым дыханием фанатичной войны.
Но ничто не могло остановить свирепую бойню бешеных тварей, кроме полной аннигиляции одной из сторон.
И вот, поверх толстого слоя, скворчащей от жара, мёртвой плоти уже несколько месяцев сражались грозные воины, вырвавшиеся из самых глубоких кошмаров Пустоты.
Дикие монстры с оглушающим рёвом отрывали друг другу конечности, рассекали черепа и сдирали плотную, словно сталь кожу, выдавливали внутренности и в порыве всепоглощающего исступления дробили вражеские кости.
Ни одна из тварей не знала отдыха, ведь единственная возможность остановить битву - это смерть.
Над великим полем брани никогда не расходились мрачные тучи, а освещением служили лишь постоянные взрывы исполинских вулканов, превращающих гротескный танец смерти в театр бесконечных воплей и страданий.
Но даже самый изуверский и отвратительный хоровод смерти должен кто-то возглавлять...
В центре океана сгоревших останков высился холм, послуживший обширной могилой для десятков тысяч бесстрашных воинов.
С вершины прекрасной скульптуры войны, сотканной лишь из мёртвых тел, по-прежнему доносились холодящие кровь визги и крики.
На пике огромного трупного склепа возвышалось поистине могущественное существо, вселявшее ужас даже в чёрные скалы.
Разорвав пополам очередного противника, массивное чудовище издало неистовый рёв, громом отразившийся от монументальных гор давно павшего мира.
Жуткий гимн монстра сминал души врагов, дробя их волю и испепеляя малейшую веру в победу.
Даже союзники сжимались в трепете, едва расслышав угнетающую песнь их неудержимого предводителя.
Словно голодное пламя безумный демон остервенело врывался в гущи сражений, за секунды изничтожая сотни существ.
Дитя, рождённое битвой и живущее войной, без жалости и милосердия, без сомнений и страхов.
Оно с великим наслаждением пожирало сердца противников, раздирая ещё пульсирующую, тёплую плоть и окропляя воздух рубиновой взвесью.
Хрипя от кровавой эйфории, жестокая тварь одним видом возжигала дух своих слуг и подчинённых.
Каждый воин, находившийся поблизости с грозным чудовищем, мгновенно терял остатки разума, окунаясь в кипящие пучины беспробудного гнева.
Ненасытный зверь агонии с громоподобным кличем ярости сметал ряды врагов, уверенно приближаясь к долгожданной цели и не обращая абсолютно никакого внимания на нарастающее сопротивление.
Яростный воин с фанатичным рвением прогрызался сквозь огромные толщи мяса, рогов, костей, хвостов и прочих частей его врагов, разлетавшихся по кускам, словно жалкие насекомые.
А вслед за ним будто живая волна безумия двигались миллионы разъярённых тварей, считавших могучего демона своим полноправным повелителем.
Но для чудовища более не существовало ни друзей, ни союзников, ему было плевать на всех, оно руководствовалось лишь собственными желаниями и ледяной яростью.
С каждой секундой монстр неуклонно приближался к титаническим чёрным скалам, уходившим на километры ввысь, в тёмный небосвод.
В центре огромной горной цепи, казалось, созданной из самого мрака, высились грандиозные металлические врата, возведённые десятки тысяч лет назад мастерами, давно канувшими в забвение.
К несчастью для гигантских ворот, именно они стали преградой на пути у свирепого демона.
Там, где ступал он - пылали тела, там, где гремел его рёв - визжали враги, там, где вздымалось его оружие - пировала агония.
Исход многолетней войны за, возможно, последний клочок жизни в мёртвом мире находился в лапах одержимого чудовища.
Но монстра не волновала ни жизнь, ни смерть, ни своя, ни чужая, более ничто не сможет остановить его, ведь он уже видел заветную цель.
И лишь одно выделялось из плотной мглы бесконечных сражений.
Единственное, от чего мог ужаснуться каждый воин и зверь, враг и союзник.
Пылающий взгляд пожирателя боли являл собой истинный кошмар для любого живого существа.
Только яркое пламя из мёртвого льда способно прожечь густую тьму угрюмого мира несметных страданий, освещая своему зловещему хозяину путь сквозь гнев и отчаянье.
Ненасытная Смерть постоянно будет ждать от тебя всё новых жертв, а бесчисленные духи войны никогда не покинут твою обгоревшую сущность... Они взывают, о повелитель агонии, заклеймённый великим Кагаром, павшим от ненависти собственного зверя.
Потоки времён вновь разъедают твои громоздкие цепи, так низвергни же очередной мир в пучины страха, гнева и пламени! Разорви хлипкую клетку, о предвестник катаклизма, возродись, о...
***
—
Внезапно, сквозь плотный гул давно минувшей битвы Брутал расслышал чей-то сдавленный хрип.
С большой неохотой юноша отвлёкся от прекрасных картин сражения и наконец, пришёл в себя, вновь почувствовав собственный организм.
Резко распахнув веки, герой узрел перед собой довольно странную картину.
