— Мы и сейчас их допускаем только вольнослушателями, — отметил ректор. — В их случае речь идет не столько об образовании, сколько о поднастройке. Это гораздо эффективней делать в лаборатории, чем в обычном классе. Весь процесс по-прежнему организован для людей.
— Напрасно! — возмутилась вестница. — А вот в Южной столице андроиды-студенты есть!
— Не андроиды, а андроид. Один. Был. И это уникальный кейс, мы с ним отлично знакомы.
— Где один, там будет и больше! И то, что у вас ни одного, — большое упущение! Вы должны срочно принять как минимум десять андроидов.
— Отличная идея, — заметил проректор. — Если не найдем, примем газонокосилки. Выберем лучших.
Вестница проигнорировала иронию.
— Хорошо, что вы уже думаете над вариантами. Кстати, там наверху, — она подняла глаза к потолку, — мне намекнули, что для этого направления можно изменить процедуру приема. И допустить андроидов учиться по упрощенной процедуре.
— Зачем⁈ Зачем⁈ — теперь поднял руки к потолку проректор. — Мы выбрасываем людей, чтобы допустить андроидов? В чем смысл? Я думал, наша задача учить лучших. В крайнем случае нести знание в массы.
— Не понимаю вашего упорства. Вы только что жаловались, что у вас будет недобор. Я указываю вам на возможности решения проблемы. Вы совершенно не сотрудничаете! — вестница тоже начала терять терпение.
— Мы сотрудничаем, — успокаивающе произнес ректор. — Мы просто отмечаем проблемы, которые есть на нашем общем пути.
— Проблемы есть и будут всегда! — возопила вестница. — Но они нам по плечу! Я только что вернулась с конференции Министерств образования и должна сообщить, что мы будем крепить сотрудничество человечества и предметов с искусственным интеллектом до полной неразличимости. То есть неразделимости. То есть единства во всей совокупности.
После минутной паузы проректор решил вернуть дискуссию к насущным проблемам.
— У нас сейчас уже активированы сорок билетов от людей, которые воспользовались правом получить билет в университет. И еще двести тридцать лежат в виде заявок. Мне нужно проверить, у скольких из них просрочены экзамены.
— Это совершенно неважно, — заулыбалась вестница. — Вы можете допустить их всех к квалификационным экзаменам. Вам все равно придется их проводить, если вы не хотите отказать им автоматически. Хотя это было бы куда проще. Ну предложите им общежитие на время экзаменов. В компенсацию неудобств.
Ректор с проректором окаменели.
— Понимаю ваше недовольство, переделывать систему всегда неудобно, — заворковала вестница, чувствуя, что ей удалось проломить сопротивление руководителей университета. — Но именно поэтому я привезла вам материалы, которые мы специально подготовили для таких студентов. Отдельный том для каждого предмета, восемьсот страниц исчерпывающей информации. Глянцевая бумага, красивая инфографика! Я оставила образцы в приемной, а в вашу библиотеку уже доставлено пятьдесят экземпляров каждого. Разобраться легко, я сама проглядела два тома, держать в руках одно удовольствие!
Ректор кашлянул:
— Вы ожидаете, что абитуриент в состоянии паники быстренько усвоит три или четыре таких тома? И это с учетом того, что они совершенно отвыкли от бумажных книг?
— Ну, конечно, — окончательно развеселилась вестница. — Вы же не можете не помнить анекдот «А когда сдавать?» Мы все были такими! Нет предмета, который не мог бы освоить мотивированный студент в нужные сроки. А абитуриент — уже почти студент.
Закончив реплику, вестница поболтала своим стаканчиком с холодным чаем. Тот включился, зажужжал и принялся охлаждать напиток заново.
Проректор отвлекся на прибор и с трудом удержался в теме насущного:
— Таким образом, чтобы не сорвать сроки зачисления, нам предлагается получить лицензию на проведение квалификационных экзаменов до середины июля, а в конце июля эти экзамены провести, верно?
— Абсолютно нет! — торжественно объявила вестница. — К вам прибудет специальная комиссия, которая примет эти экзамены у абитуриентов. Вам надо будет только подготовить помещение для сдачи тестов — обеспечить экранирование и исключить наличие имплантированных нейроустройств у студентов. Это нетрудно, на своих экзаменах вы делаете то же самое, здесь нужно будет повторить. Мы не просим ничего экстраординарного.
— Подождите-подождите, — вскинулся ректор. — Вы же только что говорили о… как вы это сформулировали? Неделимости естественного и искусственного? Как же мы будем их делить? Ведь даже если просто допустить андроидов к экзаменам, они окажутся со студентами в одном помещении. Как должно выглядеть экранирование в этом случае?
Вестница ласково посмотрела на ректора.
— Ну, конечно, все это только для людей. Андроиды будут зачисляться по другому протоколу. Для этого приедет еще одна комиссия.
— Да вы все придумали за нас! — засмеялся проректор, которому надоел этот балаган.
— Именно! — просияла вестница. — Эта процедура была утверждена в процессе внутреннего обсуждения весенней конференции, и наша столица будет первой, кому доверено ее применить. Нас выбрали флагманом нового пути образования!
