— Я не слежу. Но есть ощущение, что минимум раз в неделю. Потом возвращается, как мешком пыльным стукнутый, и молчит. Может, сегодня говорил уже.
— Раз ничего непонятно, а сам он в доступе, самое время спросить. Пошли.
Меня одолела лихая удаль. Мы поднялись на наш этаж и встретили Баклана.
— О, Баклан, — обрадовался я. — Пошли с нами, спросим Обу, чего он хочет на день рождения.
— А как же сюрпризы? — возмутился Баклан. — Давай его воображаемого друга зеленой краской покрасим!
— Да ты спятил, — хором сказали мы с Центурионом. И заржали. И Баклан тоже заржал.
— Просто пошли с нами, — поволок я за собой Баклана.
Группа поддержки нам не повредит. Втроем-то мы уж у него как-нибудь выпытаем.
Мы завалились в комнату и уселись на свободной кровати. Парням повезло, к ним так никого и не подселили. Там так и жили Центурион, Оба и воображаемый друг Акита. Соответственно одна кровать не была занята никакой сущностью, и на ней можно было сидеть. На нее мы и сели в ряд и уставились на Обу, пытаясь понять, что с ним сейчас происходит, и можно ли к нему домотаться без опасности вызвать истерику или еще что-нибудь.
— Чего? — повернулся к нам Оба. — Вы ко мне?
— Ага, — взял на себя переговоры я. — Мы знаем, что у тебя в субботу день рождения. Сколько тебе лет, во-первых?
— Двадцать будет, — Оба сел на кровати и сложил ноги по-турецки. — А что?
— У нас принято отмечать дни рождения. И дарить подарки. Но с тобой мы опасаемся промахнуться, и поэтому хотим спросить, есть ли что-то такое, чего бы ты хотел?
— Хм. То есть, всё-таки я для вас пришелец, да?
Снова здорово, опять начал обижаться. Я прямо чувствовал, что из Баклана рвется фраза «нет, Оба, ты просто очень особенный» и наступил другу на ногу, чтоб он не смел. Пусть Оба сам свои бредовые идеи переваривает. Стратегия оказалась успешной, Оба присмотрелся к нам и фыркнул.
— Хотя вы правы. Меня в вашей школе на день рождения за уши тянули. Хотя было мне уже 18, здоровый лоб. Мотивировали тем, что я тему ушей пропустил, надо наверстывать. Потом свечи на торте приносили незадуваемые, я чуть не спятил. Поэтому торта со свечками точно не надо…
На этом моменте Оба опять надолго завис.
— С тортом поняли, у нас была такая идея. Вычеркиваем. Еще была идея с бегом в мешках по коридору.
Центурион гневно посмотрел на меня. Ну а что, проверяем все гипотезы!
— Нет, — улыбнулся Оба. — Бега в мешках не надо. Слушайте, вот куда я давно хотел. Давайте сходим на скалодром? Все вместе. Мне одному грустно идти, слишком похоже на спорт получается, а вместе веселее будет. Полазим. Я в детстве любил. У меня, правда, здесь никакого оборудования нет…
— Там всё дают, — обрадовался Центурион. — И туфли специальные, и магнезию в мешочках.
Тема скалодрома была ему явно близка. И не очень далека от бега в мешках.
— О, круто! — обрадовался Баклан. — Пойдемте туда, где есть автоматическая страховка! Обожаю!
— Ты кататься обожаешь!
— Ага! Залез наверх, а потом автоматом слетаешь вниз. Можно даже доверху не залезать.
— Ну это несчитово! Надо по-честному вверх и вниз, — наставительно сказал Центурион.
— Подождите, — остановил я всеобщий базар. — Мы для Обы праздник устраиваем. Оба, ты какой скалодром хочешь?
— Мне любой, — заулыбался Оба. — Хотя лучше боулдеринг. Он вообще без страховки.
— Короче, выберем, где есть и то, и другое, если нет, то боулдерингу приоритет, — подвел итог я. — Но как же без торта?
— Торт пусть. Маленький, — разрешил Оба. — Только без свечек.
— Принято! — подтвердил Центурион. — Я всё найду. На субботу. Все идут?
— Мы идем, — заверили его мы с Бакланом. — Еще Диму позовем, Оба, кого ты еще хочешь там видеть?
— Девчонок наших хорошо бы, — мечтательно сказал Оба. — Давайте позовем Хмарь, Олич, Фа и Соль.
— Поговорим, — пообещал ему я. — Могу от твоего имени приглашать? Или ты сам?
— Лучше ты.
— А… еще парней? Питона, может?
— Не, парней уже хватает, — заявил Оба.
Я кивнул. Парней и так было в избытке, и в общаге, и в нашей группе. Забавно, что он не захотел видеть Варвару и Птиц. Наверное, потому что они были очень строгие, как учительницы. Варвару я и сам немного опасался. Она неизменно снабжала меня конспектами с пропущенных лекций и каждый раз выговаривала за пропуски. Но, честно говоря, ее конспекты были зачастую лучше оригинала, потому что там были полезные пометки. Я однажды попытался получить у нее конспект с лекции, на которой я был, но получил категорический отказ. Помнится, я так и не смог ее убедить, что ее конспекты лучше лекций, она не купилась ни на лесть, ни на вкусный кофе. Так что я мог рассчитывать на конспект только в случае пропуска в обмен на выговор, и никак по-другому.
Все было решено, и мы с Бакланом выкатились из комнаты будущего именинника. У нас появились планы!
Оба страдал. И всё ему было отвратительно.
