На раздаче мы образовали приличную очередь, и пока Анеуш раздумывала, не взять ли ей последний кусок трески или все-таки курицу, я воспользовался паузой. И спросил Хмарь, не нашли ли они средства перетащить ее изделия к нам. Она грустно сказала, что нет, но есть надежда. И тогда я обрадовал ее, что средство я нашел и завтра мы им воспользуемся.
Хмарь завизжала, повисла у меня на шее и тут же стала упрекать, почему я ней ничего не сказал. А я что, я же только что с этим разобрался. Буквально полчаса назад.
Мы так увлеклись друг другом, что чуть не пропустили очередь. Благо, выбирать особо было из чего, поэтому мы забрали курицу с рисом, налили чаю и двинулись к столам.
Столовую уже начинали убирать, поэтому мы собрались за одним столом, чтобы не мешать. Мы с Хмарь, Олич и Оба с одной стороны, а остальные с другой. Всем, кроме Анеуш досталась курица, а она все-таки решилась на треску.
Тут меня укусила совесть, и я признался Хмари, что на самом-то деле это решение нам Гиги посоветовал. Хмарь рассыпалась в благодарностях, а я похвалил себя за предусмотрительность: сейчас между ними стол, а через стол на шее от восторга не повиснешь. А то с Хмарь станется.
Гиги тоже одолела честность пополам с точностью, и он переадресовал восторги Хмарь Арсению, который поедет с нами завтра. А сам он не поедет, потому что он там низачем не нужен.
Все устраивалось как нельзя лучше.
Перевозка материалов Хмари прошла без проблем, Лариса с облегчением с нами простилась и, кажется. заперла за нами дверь на замок. По-моему, мы старушек изрядно утомили, хотя они тоже извлекли некую пользу и подписали с Хмарью разрешение использовать ее изделие.
Штука получилась дивной красоты. Материал работал в обе стороны в автономном режиме, отслеживая активность снаружи и изнутри. Идеально! То, что было нужно. Недостатком его было то самое ограничение, о котором говорила Олимпия. С нашими возможностями можно было задать ей параметры только в момент изготовления ткани.
Следующие две недели мы потратили на сборку нашего прекрасного изделия, и даже попытались внедрить какое-то подобие управляющего блока, чтобы хоть как-то управлять защитной тканью. Честно говоря, нам больших успехов мы не достигли, хотя и стали в инженерном корпусе почти своими.
Смотреть на наши деяния заходили и Гиги, и Арсений, и даже Бункер, с которым мы почти подружились. Он официально переименовал свой склад в Бункер №1 и очень этим гордился. Его сменщик по имени Короткий неделю бубнил, что его имя тоже должно стоять на двери, но Бункер заявил, что «Короткий Бункер» — это курам на смех и категорически отказал.
И наконец наступил день Х! Мы притащили в инженерный зал Красина, чтобы показать наше изделие. Специально для него прикатили преподавательский стул, который нам одолжил Лодкин, и установили его на точке наблюдения.
Нам реально было чем гордиться. Мы накрыли модель библиотеки нашей защитной конструкцией и включили деморежим. Под такое дело мы даже натащили внутрь свежих, нестабилизированных элементов (правда, слабеньких, чтоб никто не вырвался), чтобы показать наше изделие во всей красе. Мы с Обой сотворили несколько страниц документации и приложили образец Хмаревой ткани. В общем, если Красин собирался где-то использовать нашу штуку, то он мог это делать с известной гордостью.
Хмари как самой красивой мы доверили произносить презентационную речь, а мы просто стояли рядом. Демонстрация прошла идеально: наши полоумные элементы тенями носились внутри, под это дело мы им даже ячейки порушили, чтобы изобразить внутренний крах, а снаружи на стенки напрыгивала имитация внешних угроз.
Главной фичей, конечно, была ткань Хмари. Хотя мы и не смогли добиться нормального управления тканью, зато смогли привернуть к ней сборщик информации об угрозах, которым подвергается библиотека внутри с пересылкой отчета на нужный адрес.
К моменту презентации мы перенастроили отправку на адрес Красина и в момент демонстрации наша прекрасная конструкция начала общаться с Красиным напрямую.
Я был уверен в успехе. Я точно знал, что никто из наших такого не сделал. Наш концепт был на голову выше всего, что сделали мои сокурсники. Питон и Килик, которые забрели к нам на последнюю фазу испытаний, с этим не согласились, но сказали, что за зрелище переливающейся ткани можно все простить. В конце концов наша система (первая, между прочим, созданная нами система! Хоть и неполноценная) смотрелась шикарно. А что еще надо?
Сдавали мы последними через неделю после близняшек Фа и Соль, которые тоже подзадержались с этим заданием. И я ничуть не сомневался, что зачет нам выставят сразу на презентации, ну и на этом проект можно было бы закрыть.
Однако сразу все пошло не так. Красин скривился еще на середине речи Хмарь. Потом с недовольным лицом прочитал оба сообщения, что прислала ему наша система. Складывалось ощущение, что он с трудом дослушал и досмотрел всё, что мы хотели ему показать.
