— Парни! — запаниковал Самсон. — Клюет! Клюет! Дайте ума! Как подсечь, чтоб не сорвалось?
Килик в ту же секунду подскочил к Самсону и даже Оба оживился. Уж насколько он не верил в помощь друзей, но тут и ему стало интересно.
Три головы уставились в планшет, ожидая вердикта. Что она там набирает? Что можно печатать столько времени?
— Может, надо что-то добавить? — осторожно предположил Килик. — Закрепить успех?
— Типа куда пропала, да? — огрызнулся Самсон. — За это сразу в бан улетаешь, плавали, знаем. — Давайте еще идей.
— Может, там все просто повисло? — предположил Оба, просматривая переписку. — Но «куда пропала» точно не вариант.
— Может, и повисло, — согласился Самсон. — Подождем. Что еще сказать-то? Оба, может, я зря выступил про тотемное животное? У тебя же не кот, а собака.
— Собака — мой воображаемый друг, а не тотемное животное, — строго поправил его Оба. — Большая разница. А для легкого трепа и так сойдет. Ладно, чего мы тут уставились, покажите хоть, с кем я разговариваю.
Но в этот момент чат ожил и появилось сообщение от Мур.
Мур: Уговорил. В Гамлете через 20 мин. Успеешь — выпьем кофе вместе, а не успеешь, выпью без тебя. А еще ты должен меня узнать. До встречи!
— Что это такое? — изумился Оба. — Что значит «ты должен меня узнать»? А фоток не было что ли? Вы на что меня подписали, демоны?
— Да ладно, — возмутился Самсон. — Она симпатичная. Просто шифруется, как и ты, видишь, лица толком не видно, зато фигура и волосы ого-го.
Он пролистал фотографии Мур перед носом у Обы.
— Да чтоб я сдох! — возмутился Оба. — Это Соль! Я вам точно говорю, Соль.
— Не Фа? — прищурился Самсон.
— Соль! — подтвердил Оба. — У Соль родинка на шее, а у Фа на правой руке. Не, ну это бред. Я рассорился с Фа, а теперь вместо нее иду встречаться с Соль. Идите к черту.
— Строго говоря, — осторожно вставил реплику Килик. — Ты идешь встречаться с Мур.
— И вообще я Келембет, — заржал Оба и сменил гнев на милость. — Ну так-то вы правы. Может, мне с самого начала надо было поговорить с Соль, чтобы прекратить всё это безобразие. Пусть повлияет на сестру. Всё, я погнал.
— Давай-давай, успехов! Толстовку переодень. Соль не Соль, а прийти должен в нормальном, — напутствовал Обу Самсон.
Оба скривился, но мысленно признал, что сосед прав. Сам он после душа был умеренно свеж, а вот толстовку и впрямь стоит целую надеть. Он стащил через голову любимую полосатую кофту, которая только что по швам не распадалась, и вынул из шкафа новую черную с логотипом университета. Должно подойти. Общая территория, общие интересы, знание превыше всего и всё такое.
Планшет Оба бросил Килику, которому было обидно, что девушку нашел Самсон, а не он. Килик теперь мечтал поискать запасных вариантов, но все это Обу уже не интересовало — он идет подписывать сепаратный договор с Соль! Оба выскочил на улицу. Времени оставалось в обрез.
В Гамлет Оба ворвался через девятнадцать с половиной минут, но все равно пришел не первым. Рыжая красавица уже стояла у стойки и ждала, пока бариста нальет ей раф. Ну что же, ничего страшного. Он не опоздал.
Оба тихо подошел к ней, изобразил очередь и, соблюдая правила игры, осторожно спросил:
— Мур?
Девушка повернулась к нему:
— Оба?
Оба окаменел. Перед ним стояла Фа.
— Надо было по геолокации догадаться, — неловко засмеялась Фа.
— Угу, — кивнул Оба. — Пойдем поговорим.
— Мы уже говорим.
— Не поспоришь, — ухмыльнулся Оба и обратился к баристе. — Девушкин кофе сделайте, пожалуйста, с собой.
Бариста замялся. Он уже почти закончил работу и остались только последние штрихи. Он планировал еще насыпать по кругу модных шипучих шариков. Но даже на этой фазе переливать напиток было уже нельзя.
Увидев замешательство баристы, который застыл у стойки над чашкой, Оба сообразил, в чем дело.
— Ясно. Сделайте новый с собой. И еще мне ведро черного. Всё на мой счет. И тот, и этот, и предыдущий.
Фа пробурчала что-то неразборчивое, что поговорить и тут можно было бы, но Оба проигнорировал ее.
Они выкатились на улицу со стаканами в руках, оставив уютное кафе за спиной. На улице было уже темно, но не холодно и не мокро, октябрь по-прежнему держал марку теплой осени.
Когда они отошли от кафе метров на тридцать, Оба заговорил:
— Так. Поправь меня, если я неправильно излагаю. Мы расстались с тобой, потому что ты чувствовала, что не можешь себе позволить никакой личной жизни, пока любимая сестра страдает в одиночестве. И я волен занять себя сам на неопределенный период. Что я вижу сейчас? Ты выставляешь фотки сестры на сайт, а сама идешь развлекаться вместо нее? Как тебя понимать?
Фа вздохнула.
— Ты не понимаешь, это другое.
— Я весь внимание.
Они вернулись на территорию кампуса и остановились под раскидистой липой. Половина листвы уже облетела, и, наверное, сегодня, потому что они скопились прямо под деревом. Фа неловко переступила с ноги на ногу, раздался сердитый хруст сухих листьев. Ответить она не успела, потому что на них с разбегу налетела Соль.
— Фа! — возмущенно крикнула она. А опознав Обу, с места в карьер заорала так, что с соседней елки упали две шишки.
