Ольха оказалась обессиленной настолько, что на высокую яхтенную палубу ее затаскивали как куль. Хухля пытался лично руководить погрузкой на борт ценного «живого груза», но на деле только мешался и путался под ногами. Вдобавок он сунулся в холщовый мешок, в котором лежал бубен, и получил от Ольхи недвусмысленное предостережение:
- На твоем месте я бы его не трогала, - в ее голосе чувствовалась такая мрачная убежденность, что Хухля мгновенно отдернул руку.
- А что там? – любопытство новоявленной «акулы пера» не позволило удержаться от вопроса.
- Хухлик, - заговорила Ольха со змеиной ласковостью, - Ты про Поднятых мертвецов, наверное, что-нибудь слышал?
- Ну-у, так. Наверное… что-то слышал, - неуверенно подтвердил Хухля.
- Так вот, этот бубен пропитан силой смерти! Он изготовлен из человеческой кожи и способен притягивать Поднятых как мед притягивает мух.
По всему видно образность описания Хухлю впечатлила, его передернуло от липкого омерзения. Он выхватил из кармана платок и принялся оттирать пальцы, которыми касался мешковины. Затем явно недешевый платок был брезгливо выброшен за борт.
- Вот я тебя иногда совсем не понимаю, волчица, - Хухля звучал как одно сплошное справедливое негодование, - Нет, я конечно помню! Да и какой здравомыслящий человек, что провел в твоем обществе больше пары часов, способен забыть, что у тебя напрочь отсутствует чувство самосохранения и при этом имеется какая-то запредельная способность притягивать неприятности.
- Хухля, не преувеличивай, - примирительно попросила Ольха.
- Это я по-твоему преувеличиваю?! – не в силах подобрать подходящих слов Хухля начал хватать ртом воздух, - Преувеличиваю?.. Скорее уж преуменьшаю… Вот скажи мне волчица, зачем ты притащила эту дрянь на мою яхту?
- Мы должны передать его князю, - сказала Ольха твердо.
- Ну да. Кто бы сомневался, - Хухля вложил в голос столько язвительности, сколько мог, - Очередное дело государственной важности.
- Да тут, Хухлик, уже не государственной… - Ольха прожгла его пронзительным взглядом, - Тут речь идет, почитай, о выживании всего человеческого рода.
Хухля едва успел набрать в грудь воздуха, собираясь выдать очередную колкость, но его упредил капитан Егер, стоящий рядом и до сего времени почтительно молчавший:
- Полагаю, его высочество лишь хотел вас заверить, княжна, - капитан со значением зыркнул на Хухлю, - Что его яхта в вашем полном распоряжении. Доставим, куда скажете.
Хухля совсем не умел злиться, да к тому еще капитан ненавязчиво напомнил о том, как следует себя вести особе королевских кровей, все его возмущение тут же сдулось.
- Ну да, - сказал он, на глазах теряя напор, - Хотел… это сказать. Только я вас умоляю, уберите «это» с моих глаз долой.
- Я так понимаю, курс на Северград? – деловито спросил у Ольхи Егер.
- Да, только сначала я хочу попробовать отыскать моих друзей, - Ольха просительно взглянула на капитана, - Они остались на берегу, здесь должно быть недалеко.
Ольха вытащила крупную монету и заговорила на ней приказ приближающей линзы. Хухля успел напрочь забыть о своих негодованиях, сгорал от любопытства, тянул голову ей через плечо и приставал, чтоб она и ему дала посмотреть через линзу. Пришлось точно так же заговаривать еще одну монету уже для него. Хухля ахал и охал: по берегу слонялось немало Поднятых. Слышать он про них может и слышал, но видел явно впервые. Он достал свой записывающий прибор, делал снимки прямо через линзу и сразу же отправлял в свою Сеть, при этом что-то постоянно бубнил, видимо дополняя устными пояснениями.
Вскоре Ольха обнаружила тот маленький причал, с которого она отплыла, но друзей там уже не было. Ее это даже обрадовало, больше всего она боялась увидеть их в виде бродящих по берегу мертвецов, хотя и понимала рассудком, что такое опасение беспочвенно, никто из них нифриловых настоев даже не пробовал и превратиться в Поднятого не мог.
- Их здесь уже нет, - сказала она Егеру, завершив осмотр, - Можно разворачиваться.
- У нас есть хорошая шлюпка, княжна. Мы можем поискать на берегу, - учтиво предложил Егер.
- Благодарю вас, но этого делать точно не стоит, - отказалась Ольха, чутье подсказывало, что парни живы и в безопасности, - Сама видела, как Поднятые мертвецы забирались на корабли прямо со дна.
Капитан кивнул и отдал гребцам приказ разворачивать яхту. Ольху передали в заботливые руки старого слуги Томаса. Она только теперь осознала, как устала за последние дни. Даже есть отказалась. Кое-как добрела до отведенной ей каюты и упала спать как убитая.
Она спала очень крепко и проснулась, когда солнце уже клонилось к горизонту. Ольха выбралась в коридор и негромко позвала:
- Эй, есть тут кто?
Она хотела уже подниматься на палубу, но тут на лестнице послышались торопливые шаги и в трюм спустился цветущий Хухля.
- Проснулась наконец-то, - обрадовался он и прокричал куда-то вглубь коридора, - Томас! Неси нам поесть.
Довольно бесцеремонно Хухля затащил ее обратно в каюту и усадил за стол.
- Ну, рассказывай, - от предвкушения рот его был растянут до ушей.
