— Не знаю даже… Опасно… Я присягу давал.
— Присягу вы давали на военном флоте СССР. А сейчас СССР нет, и вы на торговом.
— Это верно. А что я должен делать?
— Для начала подписать одну бумагу.
— Продать вам душу?
— Нет, свободное время.
— А точнее, свой покой.
— В какой-то мере. Но за большие деньги! И не вздумайте вести двойную игру! Наши люди найдут вас даже под землёй. Наши люди есть везде!
В это время за дверью раздался шум, крики, и в комнату, оттолкнув могучего Кронца, ворвался разъярённый Али-бек. Чалма его съехала на бок, правая рука висела на шёлковом платке, правая щека и лоб были затянуты пластырем.
— А, ты здесь, шакал! — завопил он, увидев Синицына. — Ты ещё жив, сын ехидны! Я ещё успею вырвать твоё собачье сердце!
Он бросился с палкой на Синицына, но Крэбс успел встать у него на пути, а Кронц легко вырвал палку со стальным наконечником.
— Салям алейкум, Али-бек! — протянул ему руку Крэбс и перешёл на английский.
— Что случилось?
— А ты не знаешь? — отвернулся от него Али-бек. — Впервые за восемьдесят лет меня оскорбили, унизили, ограбили и чуть не убили! И где? В собственном доме!
— Успокойтесь, уважаемый, — Крэбс взял Али-бека за локоть, отвёл к окну. — Во-первых, почему вы приехали без предупреждения? И как вы прошли охрану?
— Я не стал тебе звонить, потому что ты бы меня не принял. А мне срочно нужен этот неверный! Твой человек у ворот не пускал меня, я велел его связать.
— Остроумно, — заметил Крэбс. — Так что же сделал этот неверный?
— Он меня ограбил, и я убью его, клянусь бородой!
— Если я позволю, — уточнил Крэбс.
— Слушай, полковник, я тридцать лет работаю на тебя и на твоих хозяев. Я сделал вам горы денег. Я добыл вам кучу секретных бумаг. Я завербовал вам десятки агентов.
— И мы за всё платили… Много платили.
— Я никогда ни о чём не просил. А теперь прошу — отдай мне этого человека!
— Зачем он вам?
— Он осквернил мой дом, ограбил меня, разорил! Унёс все наркотики, и мне уже сегодня нечем торговать. Мои люди негодуют! Кстати, завтра из России приходит танкер «Арзамас», «Серый» везёт хороший товар из Сибири. Очень хороший товар! Чем я буду платить?
— Это легко исправить, — перебил Крэбс и нажал кнопку селекторной связи. Но никто не отвечал. — Кронц, помогите загрузить машину Али-бека нашим товаром, — приказал он помощнику. — И освободите охранника у ворот.
— Слушаюсь, сэр, — кивнул Кронц, позвал себе на смену Майкла и скрылся за дверью.
— Чем ещё огорчил вас этот неверный?
— Он унёс мои деловые бумаги.
— При нём никаких бумаг не было.
— Не может быть!
— Слово офицера!
— Куда же он их дел? — растерялся Али-бек.
— Это всё? — продолжил свою игру Крэбс.
Али-бек немного помялся. Но всё-таки решился.
— Нет, не всё! Он украл талисман моего рода.
— У вас был такой?
— Вчера был. Его и два подобных ему изготовил мой дед в Бухаре. Зелёные изумруды в форме полумесяца в бриллиантах. Символ Аллаха! Дед назвал их «Зелёный дух», «Зелёный мир» и «Зелёный глаз». И раздал трём сыновьям. Этот ублюдок украл у меня «Зелёный глаз».
— Никаких камней при нём тоже не обнаружено, — развёл руками Крэбс.
— Куда же он его дел?! — завопил Али-бек. — Я разорву его в клочья!..
— Стойте, Али-бек! Этот человек мне нужен!
— Не нужен он тебе, — вдруг спокойно сказал Али-бек и повернулся к Синицыну: — Я вспомнил, где я тебя видел, недоносок!.. — Потом сунул левую руку за пазуху, достал помятую фотографию, протянул Крэбсу: — Помнишь, я тебе говорил, что в прошлом месяце в России при захвате самолёта взяли одного из моих людей?
— Помню, — насторожился Крэбс.
— Их газеты писали об этом. Но без фото. Недавно мои друзья прислали мне свои фотографии этого момента. Смотри — вот мой человек, а вот твой новый друг, сын змеи и гиены.
Крэбс выхватил фото, впился в него всем своим существом, потом глянул на Синицына.
— Ну-ка, ну-ка, — потянулся Синицын за фотографией. Но Крэбс показал ему фото издали.
Фотограф запечатлел момент, когда бандитов выводили, а точнее, выносили из самолёта. Первым по трапу спускался автоматчик, за ним волокли Рашидова с подельниками, а за ними, на верхней площадке трапа, виднелся Синицын в форме лётчика гражданской авиации с мобильным телефоном в руке. У нашего героя ёкнуло сердце, но он не подал виду и спокойно откинулся в кресле.
— Ерунда. Просто похож. Мы, русские, все похожи.
— Вы, русские, все шакалы неверные. И всех вас надо четвертовать! — вскинулся Али-бек. — Что мы и делаем у вас на Кавказе. А скоро будем вешать вас по всей России!
— Замолчите, Али-бек, — оборвал его Крэбс. — У меня голова раскалывается от вашего визга. И подошёл к Синицыну: Я так и думал, что ты из ФСБ или внешней разведки. Но, скорее всего, ты из военной разведки. Что ж, ГРУ — достойный противник! Мы помним вас по Афганистану, по дворцу Амина. Это очень серьёзная команда. И разговор у нас теперь будет серьёзный. Никаких многосерийных бесед! Мы не в кино! Или ты работаешь на нас, или мы тебя уничтожим!
— Я же сказал… — начал было Синицын.
— Всё, что ты сказал, — враньё! Говори правду или тебе конец. И не рассказывай, что самолёт ты тоже учился водить на подводной лодке.
