Понимаю, что нужно начать с самого начала, но язык словно отказывается шевелиться. Как будто анестезия в крови Нейта, передалась мне через поцелуй.
Но только я хочу открыть рот, как дверь в палату распахивается, и на пороге появляется мистер Стоун.
— Ох, Хилари, ты снова здесь так рано? Ты должна беречь себя… — мужчина затихает на полуслове, когда замечает, что его сын теперь удивленно смотрит то на него, то на меня.
— Папа?
На лице Нейтана отражается несколько эмоций одновременно, я хочу уже отойти, но он быстро хватает мою руку, слегка сжимая его. И таким образом у него получается остановить меня. Но я не уйду от него. Не по своей воле.
— Ты очнулся?! Боже, а я не верил, думал, что Хилари от усталости сходит с ума.
И теперь парень смотрит на меня, пытаясь получить ответ на свой безмолвный вопрос. Но меня спасает его отец.
— Не смотри так на бедную девушку, ей и так досталось. Она практически жила здесь с тобой. Ну, как жила. Просто изводила себя: плохо спала и практически не ела. Второе утро подряд она засыпает на этом неудобном стуле, так что даже не думай обвинять её в том, что она со мной общается.
Мистер Стоун замолкает, когда Нейт притягивает меня ближе к себе, заставляя сесть рядом с ним. Аккуратно присаживаюсь на край кровати и чувствую на своей талии его сильную руку.
Он продолжает молчать, пока наконец не произносит:
— Я рад тебя видеть, отец.
Мужчина улыбается, и я нахожу между ними сходство. Та же милая улыбка, и тот же цвет глаз. Интересно, а похожи ли они характерами?
— Ладно, я позже зайду. Уверен, вам сейчас есть что обсудить.
Мистер Стоун подмигивает мне и выходит из палаты. Да, отец Остина никогда бы в жизни не дал остаться нам наедине. Он всегда старался побыстрей от меня избавиться. А потом вообще отправил меня за тридевять земель.
— Я хочу, чтобы ты легла рядом, — тихо произносит Нейт, начиная двигаться в сторону.
Этот парень определенно сумасшедший. Любое движение доставляет ему неудобство и боль, но он упёртый, как баран. И если он чего-то захочет, то ему плевать на последствия.
— Господи, ты можешь угомониться? Тебе ещё нельзя. Ты только вчера вышел из комы! — я пытаюсь вразумить его, но тот только отмахивается.
Честное слово, я его стукну.
— Да мне всё равно, я хочу, чтобы ты была рядом.
Он еле произносит это, на что я только вздыхаю, но всё же ложусь рядом с ним, чувствуя на своём животе его ладонь.
Его пальцы вырисовывают узоры на моей коже, и я постепенно успокаиваюсь.
— Ты хочешь знать, что вообще произошло? — осторожно спрашиваю у него, и тот медленно кивает.
Ему больно и тяжело говорить, но он слишком любопытный и настойчивый. Этого не отнять, поэтому придётся рассказать всё. На мгновение я задумываюсь: а надо ли говорить в какой именно момент он вышел из комы? Мне даже немного страшно, но я должна, потому что между нами не должно быть секретов. В конце концов, это было простое предложение выпить кофе, и ничего лишнего.
— Ну, тебя отравили цианистым калием. Он был в стакане с водой. Я сразу поняла, что с тобой, и хотела помочь, но ты уже был без сознания, так как принял смертельную дозу. Врачи приехали очень вовремя и еле откачали тебя. Но твой организм немного не справился и ты оказался в коме. Я приходила к тебе каждый день, иногда даже уходила пораньше с работы. Мне было плевать на все его слова, потому что я знала, что должна быть рядом. Вот, кстати, так я и познакомилась с твоим папой. Вернее, когда тебя только перевели из реанимации, он прибежал в больницу и громко кричал, спрашивая, где его сын. Сначала он подумал, что я Келли, и знаешь, даже не скрывал своего отвращения… прости.
Я сразу замолкаю, пытаясь подобрать слова.
Нейтан вздыхает, после чего оставляет поцелуй на моем виске и говорит:
— Да, мой отец всегда ненавидел её. Они были знакомы заочно. И разговаривали только по телефону. Как-то он звонил мне, но я тогда телефон дома забыл и ответила Келли. Ему не понравилось это, он выпытывал у меня, кто же она такая, но в итоге всю информацию нашёл сам… ладно, прости, что перебил.
И теперь в моей голове возникает всё больше вопросов, и они буквально мучают меня.
— Ну, потом я сказала, что я твоя коллега, и он буквально расцвёл. Извини, я и вовсе не хотела понравиться ему, но он заходил к тебе и всегда видел меня здесь, поэтому он и стал в некотором роде заботиться обо мне. Ну, в основном, он как бы подменял меня, когда мне требовалось срочно пойти на работу. Вообще, все три с половиной дня, я рассказывала тебе абсолютно всё, но знаю, что ты можешь и не помнить. Несколько дней назад в городе завёлся маньяк, и за три дня на нем висело куча убийств. У него была какая-то странная мания на девушек с карими глазами и каштановыми волосами…
— То есть похожих на тебя, — заключает Нейтан. — Только не говори мне, что ты была приманкой. Клянусь Богом, я убью всех, если тебе сделали больно.
От злости парень становится более многословен, но мне нужно его успокоить, потому что я в порядке.