— Но разве это не так, Имма? — пронзил меня своими синими глазами граф. — Разве вы не отказались потому, что у меня трудные девочки, с которыми не так легко справиться? Разве бы на ваше решение не повлияло, если бы они были послушными, кроткими и воспитанными? Вы просто не захотели приложить душевные усилия…
— Да что вообще вы обо мне знаете, чтобы так рассуждать! — прервала я его, кипя от гнева.
Нет, граф точно заслуживает пару ударов моего кулака по его темечку. Как раз по размерчику.
— Ничего не знаю, вы правы. Просто доверился интуиции дочерей. И ошибся. Что вы вообще здесь делаете? Вы дали мне четкий отказ, который не подразумевает двоякого толкования.
— И я передумала! Я иду к вам в гувернантки, — выпалила я.
Граф удивленно вскинул брови и сверлил меня своими синими глазами, которые вызывали во мне беспокойство. Они напоминали море перед бурей, когда непонятно, пронесет мимо или сметет шквалом своего урагана.
— Если предложение еще в силе, — сглотнула я под его пронизывающим взглядом.
— Сейчас вам придется еще труднее, чем когда я предлагал. Так как девочки оскорблены вашим отказом.
— По вашей вине! Зачем было так говорить?! — представила я реакцию девочек и чуть не расплакалась.
— Вам не кажется, что начинать собеседование при приеме на работу с обвинений в адрес работодателя — не лучшая тактика? — усмехнулся граф. — К тому же я хоть и сказал все другими словами, но, по сути, ведь вы имели в виду именно это.
— Ваши слабые умственные способности в настоящую минуту извиняет ваше нервное напряжение в последнее время. Я сказала, что у меня нет опыта и профессионализма для такой сложной задачи.
— И желания.
— И желания тоже, да.
— И что из этого появилось за последнюю неделю? — выразительно поднял брови граф.
— Только желание, — вызывающе посмотрела я ему в глаза.
— Можно узнать, почему вдруг?
Потому что дети не должны отвечать за ошибки взрослых. Со мной ребенком подло поступили взрослые. А сейчас я, будучи взрослой, решила так поступить с детьми. Но это несправедливо по отношению к ним. Это другая история, не моя.
Но графу я этого не скажу.
— Я чувствую часть своей ответственности и вины за то, что случилось с… Элли. Ведь я просила и девочек, и вас довериться Розамунде.
Граф еще немного посверлил меня взглядом и сказал в сторону:
— Хватит прятаться, Памела, выходи. И решение будет за тобой. Берем мы Имму или нет?
Я растерянно оглянулась. Словно из стены появилась Надина, подошла к отцу, взяла за руку и исподлобья на меня смотрела. Да, несмотря на разный цвет глаз, тяжесть взгляда у них наследственная.
— Магия невидимости? — охнула я, вопросительно посмотрев на графа.
— Нет, маскировки, — усмехнулся тот. — И это не все сюрпризы, мэлл Имма… Лимманн. Так что спрошу еще раз. Вы уверены, что хотите стать
— Я готова попробовать. Не могу обещать, что из меня получится идеальная
Надина сжала своей хрупкой ладошкой папину огромную, отвернулась и убежала в палату.
— Ну что ж, моя дочь дала вам второй шанс, Имма. Надеюсь, вы его оправдаете. Но я не допущу вас к своим дочерям, пока вы не назовете свое настоящее имя. Я должен знать, с кем имею дело, — жестко сказал граф.
— Ваше право, — кивнула я. — Но Имма Лимманн — мое настоящее имя. Вам же хочется узнать, откуда вы меня знаете или где видели. Хотя я удивлена, не помню, чтобы мы с вами встречались у герцога Маррокуна. Он был моим опекуном.
Глаза графа вспыхнули узнаванием. А еще в них промелькнула какая-то непонятная мне эмоция. Промелькнула и пропала.
— Да, точно. У него в доме я вас и видел.
Я покосилась на него, но промолчала. Не сказать чтобы граф со своим ростом и фигурой был незаметен. Странно, что я его не помню. Впрочем, нет, не странно. В то время все мои мысли и внимание занимал другой. Кроме него я никого не видела и никого не замечала. Это отметил и сам граф после того, как спросил:
— Почему вы ушли от него?
— Обычная история, — непринужденно соврала я. — Влюбилась в его сына и, когда тот женился, не смогла этого вынести.
— Да, я, помню, обратил на вас внимание, уж очень герцог нахваливал ваш ум и кротость. Но вы были так влюблены в Лероя, что никого, кроме него, не замечали. Значит, он женился?
— Да, и довольно давно. Честно говоря, я уехала и больше ничего о них не знаю. Мне так легче.
— Странно, что он выбрал не вас. Мне казалось, он отвечает вам взаимностью.
— Возможно, когда-то так и было. Но герцоги не женятся на простолюдинках, граф. Вам ли этого не знать, — усмехнулась я.
— Не могу отвечать за всех. По любви иногда женятся. Я вот женился на Ракшане, хотя она была всего лишь цветочницей. Очень красивой цветочницей, — добавил он со странной кривой улыбкой.
