– Нравится. Но я боюсь, что, – Василиса замолчала.
Подошёл к любимой женщине. Обнять её теперь было сложно – Андрюха мешался.
– Василиса, неужели ты думаешь, что я буду ревновать тебя к мёртвому парню? Я благодарен ему за то, что сначала он думал о тебе, а потом о себе. Я благодарен ему за Катюху, которую люблю, как родную дочь. И всё, чем я могу ему отплатить, это назвать его именем нашего сына.
По лицу Василисы потекли слёзы. Осторожно стёр их.
– Не плачь. Я люблю тебя. Люблю Катю. И люблю того, кто родится, какое бы имя ты ему ни дала.
Но вот с последним, как оказалось, было немного сложнее.
Я смотрел на крошечное создание, которому даже шапочка была великовата. Маленький, сморщенный, и… совсем не такой, каким называли его мама, Василиса и Катя.
– Вань. Ты чего невесёлый? Будто не рад.
Мы с папой сидели на кухне, куда нас отправила наша женская половина. Из девочек с нами была только Рита. Её тоже сослали на кухню, а мама так вообще заявила, что собаке не место в доме, где есть новорождённый. Но тут возмутилась Катя, что Риту она никому не отдаст.
– Почему не рад? Рад, – ответил, понимая, что это не совсем так. – Пап, а дети должны быть такими маленькими? – задал вопрос, который меня волновал больше всего.
– А ты что хотел, чтобы он сразу ходил и разговаривал? – усмехнулся папа.
Примерно так я и думал. С Катей же так и было!
– Не знаю. Он такой маленький. Это сколько же времени нужно, чтобы он вырос?
Отец закрыл рот рукой. Смешно ему! А мне вот не смешно! Даже Белль не так страшно брать в руки! А вот родного сына взять на руки я боялся. Боялся, потому что могу ему нечаянно навредить.
Василиса при малейшем звуке подскакивала к ребёнку. Даже когда я хотел побыть с женой. Я по ней соскучился. Но Василиса почти всё время уделяла сыну. И, кажется, вместо отцовской любви во мне начала просыпаться мужская ревность.
Стояла и смотрела, как муж завязывает шнурки на берцах. Движения ловкие. Да и руки у него красивые. Нежные. Только вот в последнее время почти не прикасающиеся ко мне. Из комнаты донёсся плач сына. Пошла к ребёнку, а когда вернулась, Ивана уже не было.
Ушёл.
И не поцеловал. Хотя его уже ждала машина. Подошла к окну и посмотрела вниз. Иван вышел из подъезда и сразу же сел.
Не посмотрел.
Тяжело вздохнула и стала кормить сына.
Настроения не было. В последнее время мы почти не разговаривали. Муж уставал на работе, а я всё время проводила с сыном. Вроде и вместе, и в то же время каждый сам по себе.
Даже когда Иван возвращался, ужинать вместе не получалось. Где-то в нашей семье произошла трещина. Только вот где, никак не могла понять.
Прижала к себе сына. Совсем не таким я представляла рождение ребёнка в полной семье. Наверное, я слишком многого напридумывала, и мужчине маленький ребёнок только мешает.
Ведь я понимала, что уже давно нет тех ночей, которые были до этого. Сначала токсикоз и постоянная угроза выкидыша свели к нулю моменты близости, а потом мешал Андрей, постоянно просыпаясь.
А ещё Иван совсем не уделял внимания своему сыну. Упрёки сыпались один за другим, и я понимала, что долго так продолжаться не может. Только вот к чему всё приведёт, предсказать не решалась.
Рита подошла и положила морду на диван. Погладила по носу собаку.
– Что? И ты скучаешь? Подожди, скоро придёт Катя.
Сын уснул. Обвела взглядом комнату. Ничего не хотелось. Совсем. Я не столько уставала, сколько переживала из-за отстранённости мужа. Какой-то холодности.
Сама не заметила, как уснула. Даже сына не переложила.
Проснулась от непонятного ощущения. Во рту пересохло, тело горело и ломило. Грудь была тяжёлой. Кое-как поднялась, стараясь не задеть Андрюшку, который, пригревшись, спал. Нет, чтобы ночью так спать!
Выпила воды, не помогло. Щёки просто горели. Достала градусник. Ртутный. Для более точного результата. И, не дожидаясь рекомендуемого времени измерения, посмотрела на шкалу: температура почти под тридцать девять привела в шок.
Позвонила Наде. Будущая свекровь не утешила, а наказала срочно вызывать «скорую».
– Василиса! Не тяни! Сейчас же вызывай машину! С грудью не шутят! А если это мастит? Ты без груди остаться решила?
– Какая «скорая»? Я Андрюшу с кем оставлю?
– Сейчас позвоню Ивану, – заверила Надя.
– Если он на выезде…
– Василиса! Не придумывай отговорки! Вызывай машину!
Решила всё-таки сначала позвонить мужу, и хотя бы дождаться Катю из школы. Не представляла, что буду делать, если меня заберут. Сын был на грудном вскармливании. Смесь дома была, но я её никогда не давала. Всегда хватало молока.
Иван ответил сразу.
– Что случилось? – сразу прозвучал вопрос. Всё верно, я никогда ему не звонила, когда он был на работе. Звонил он, если находилась свободная минутка. Но в последнее время не звонил совсем. Боялся разбудить или сына, или меня.
– Ваня, у меня температура. Я позвонила твоей маме, она сказала, что нужно вызывать «скорую».
– Василиса, вызывай.
– А сын?
– Я сейчас приеду, – сказал муж.
Но вот легче не стало. И что он будет делать, если меня заберут? Хватала ртом воздух, чтобы сбить панику. Не получалось.
