— Зато я знаю. И если не хочешь, чтобы я вмешался, начинай уже что-то делать, а не сопли на кулак наматывать. Честное слово, как малолетка какая-то, — Фред всегда знал, на какие больные места следует надавить, чтобы был эффект.
— Тебе не понадобиться вмешиваться, я сам всё сделаю, — твердо ответил брат. — Пойдем спать, впечатлений на сегодня достаточно.
Фред только кивнул. Спорить было не с чем.
Утро наступило слишком рано. Солнечный лучик проник в окно, которое ребята ночью не зашторили. После задушевного разговора близнецы вернулись в спальню и заняв спальные места, довольно-таки быстро уснули. Вылазка в Лондон вымотала всех.
Фред проснулся первым. Солнечный лучик бегал по его лицу, и как бы парень не закрывался руками и не пытался зарыться лицом в подушку, пришлось подчиниться и разлепить сонные глаза, в которые, в прямом смысле слова, можно было вставлять спички.
Стараясь не шуметь, Фред поднялся на ноги и улыбнулся. Джордж и Гермиона спали, обнявшись. Оба выглядели настолько умиротворёнными, отчего будить их было бы кощунством. Свернув свою «постель» Фред быстро оделся и выскользнул из спальни. Пробуждение этих двоих хотелось бы увидеть, но парень решил не смущать Грейнджер еще больше. Девушка и так постоянно краснела в присутствии парней, а иногда и вообще сбегала от них подальше, лишь бы не ощущать не себе насмешливые взгляды Фреда и ласковые — Джорджа.
Войдя на кухню, Уизли сразу же почувствовал восхитительный запах еды. Миссис Грейнджер хлопотала около плиты, а на столе уже красовалась огромная тарелка с блинами. Мистер Грейнджер уплетал завтрак за обе щёки, не забывая нахваливать стряпню жены.
— Доброе утро! — Фред широко улыбнулся.
— Доброе…ты Фред? — безошибочно назвала правильное имя Джин.
Парень кивнул и с интересом уставился на стол. Мама Гермионы проследила за взглядом парня и, улыбнувшись, сказала:
— Милый, присаживайся за стол. Завтрак готов. А Гермиона и Джордж ещё спят?
— Спасибо! — молодой человек быстро занял свободное место и выбрал сразу несколько блинчиков. Теперь оставался выбор, с чем бы их съесть: со сгущенным молоком, джемом или шоколадом. Фред выбрал джем, который оказался нереально вкусным.
— Миссис Грейнджер, очень вкусно!
— Кушай на здоровье! Мне очень приятно! — женщина слегка засмущалась.
— Как вчера погуляли? — подал голос Крис Грейнджер. Фред в один миг сообразил, что они не придумали более-менее правдивой истории об их вчерашнем отдыхе. Приходилось импровизировать. Главное было рассказать ребятам, какую версию он придумал, иначе могут возникнуть проблемы. Молодой человек оторвался от поедания и уверенно посмотрел на мужчину.
— Хорошо. Мы не так долго были в клубе, как собирались. Всего час. Остальное время мы посвятили прогулке по ночному Лондону, — Фред так убедительно врал, что на минуту и сам поверил в эти бредни.
Отец Гермионы судя по всему тоже поверил, но продолжил задавать вопросы:
— Никаких проблем не возникло? — Уизли поперхнулся чаем.
«Отец Грейнджер — телепат? Откуда он всё знает?»
Рассказывать о нападении на его дочь парень не собирался, поэтому продолжал уверенно лгать. Хуже-то уже всё равно не будет.
— Нет. Какие могут быть проблемы?! Мы ни на секунду не отходили от Гермионы.
— Тогда я спокоен, — мужчина, казалось, наконец, перестал пытать Фреда вопросами и углубился в чтение утренней газеты.
У Фреда отлегло от сердца. Молодой человек терпеть не мог враньё, даже если оно было на благо, но сейчас не видел другого выхода. Если родители Гермионы узнают правду о вчерашнем инциденте, неприятного разговора будет не избежать, а портить впечатление о себе и Джордже, который всё ещё представлялся как их «будущий зять», не хотелось.
***
Джордж проснулся от того, что его щеку что-то щекотало. Медленно открыв глаза, парень сразу понял, что это было. Волосы Гермионы. Сама же девушка спала, положив голову ему на грудь и обнимала одной рукой за талию, в то время, как и сам молодой человек прижимал её к себе. В нос ударил запах волос Грейнджер, и у парня даже в лежачем положении закружилась голова. Вчера он полностью осознал, что влюбился в девушку, лежавшую рядом. В девушку, в которую не должен был влюбляться. В девушку, которую до недавнего момента считал лишь другом. В девушку, за которую вчера дрался как лев. Мысли неслись в голове с бешеной скоростью, и молодой человек никак не мог ухватиться за какую-то одну. Он не знал, что делать дальше, хоть и заверил Фреда в обратном. За эти дни он успел сблизиться с Гермионой, получить её доверие, понравиться её родителям. В конце концов он просто ей помогает, выполняет её просьбу. Признаться в своих чувствах — означает разрушить тот небольшой мирок, возникший между ними. Ведь Грейнджер не испытывает к нему ничего, кроме благодарности.
«Не испытывает? Ты уверен? Посмотри ей в глаза. Да она, как и ты, влюблена по уши. Просто ещё этого не поняла. Поймёт. Обязательно…»
