Будда однажды сказал полностью

И она оказалась действительно хорошей, редкой женщиной. Она стала играть с детьми — Сиддхартхой и Пурвой, и маленькие саньясины подружились с ней. Все вокруг были озадачены, удивлены. Некоторые чувствовали, что это — очень редкий случай. Она обычно играла с маленькими детьми в ашраме; это были дети чернорабочих, работавших на Зал Будды, и для них она стала другом. Это было совсем нечто особенное. Она приняла это, и в ней что-то стало возрастать.

Перед отъездом она пришла снова и сказала:

— Теперь меня ждет беда. Ошо, благодаря вам меня ждет неприятность. Я так наслаждалась всем этим. Впервые в моей жизни было нечто настоящее. Но как это сохранить на Западе? Меня просто посадят в сумасшедший дом. Здесь всё это хорошо. Здесь есть вы, саньясины, и они уверены: всё, что сказал Ошо, — прекрасно. Но кто защитит меня там? Не хотелось бы потерять состояние, которое открылось, не хочется закрывать эту дверь. Вся моя жизнь была потрачена зря. За эти дни я снова стала ребенком, полюбила свое бытие, стала так благодарна ему — и пришло благословение.

То же самое возможно для Париджата. У него мягкое сердце. Позвольте этому первому проблеску стать ярче. Идите с этим и танцуйте. Начинайте снова петь, играть. Даже если люди думают, что это безумие, не беспокойтесь об этом, поскольку они всегда так мыслили. Им кажется, что святой Франциск был безумен, потому что уподобился ребенку. Они считают, что Иисус был безумен, думают, что Будда был безумен. Они всегда мыслили подобными категориями.

По сути, они потеряли контакт с природой. Они — мертвецы. Всякий раз, когда они встречают сияние, возникновение жизни, они чувствуют себя оскорбленными. Они не в состоянии поверить, что такое возможно. Поскольку с ними этого не случалось — как это может произойти с кем-то? «Как вы смеете? Со мной такого не происходит, почему же это может происходить с вами? Невозможно! Вы должны это хорошо усвоить, или у вас просто психологический кризис».

Не верьте этим людям. Общество — безумно. В нем любого нормального человека — считают умалишенным. Таковым он и выглядит. Это — общество слепых людей. А ваши глаза вдруг открываются, и вы начинаете рассуждать о свете, а слепцы собираются и говорят: «Какая ерунда. Этот человек сошел с ума. Нет никакого света. Это написано в наших священных текстах: свет не существует. Наши пророки провозгласили это, а философы всегда оспаривали это — значит, свет не существует. Нет никакого Бога, никакой возможности второго детства». Они станут отрицать всё.

А по сути, отрицая, они просто защищаются, потому что боятся. Если всё это — так, то в них возникает раздражение, негодование; священное негодование. И они боятся, потому что тогда изменится вся их жизнь, весь уклад. То.да разрушается их прошлое. На такое у них не хватит храбрости. Они — не храбрецы. Тогда им придется потерять много удобств, привычный комфорт, надежную жизнь, безопасность. Нет, они не хотят заходить далеко.

Легче сказать: «Бог мертв», «Он никогда не существовал». Легче сказать, что те, кто говорит о Боге, — просто поэты, мечтатели, фантазеры; что люди, которые говорят о самадхи, экстазе, медитации — только «самокопатели», беглецы. Легче осудить таких людей — это защищает. Так можно избежать приключения в неизвестном.

Люди — трусы, не волнуйтесь из-за них. Идите своей дорогой, продолжайте танец своего пути. Помните только одно: если вы чувствуете, что нечто хорошо, — значит, это хорошо, если вы чувствуете, что нечто красиво — это красиво, если что-то вас веселит, радует или восторгает,— это истина. Позвольте такому ощущению быть вашим единственным критерием. Не тревожьтесь о мнении других. Пусть это станет вашим краеугольным камнем — независимо от причин вашего ликования, необходимо оставаться ему верными. Ананда (счастье) — единственный критерий правды.

Итак, если вам хорошо, и вы чувствуете, что счастливы, — не тревожьтесь.

«Слушая вас сегодня, я становлюсь ребенком. Хотелось крикнуть, что мне всего три года...»