Именно это происходит на Западе. Люди гонятся за сексом, но не за любовью или состраданием — поскольку это «за» находится внутри. Люди гонятся за сексом, безрезультатным, и он становится абсурдным. Это уже не привлекает. Они ищут чего-то еще. Именно поэтому стало столь значительным употребление наркотиков. Секс был самым древним наркотиком, природным ЛСД. Теперь с этим — всё ясно, и люди не понимают, что делать дальше. Природный наркотик больше не соблазняет. Поэтому ЛСД, марихуана, синтетические наркотики становятся всё более распространенными.
Сейчас на Западе невозможно отвратить людей от наркотиков. Если секс не становится более глубоким и не трансформируется в любовь, другого пути нет: люди прибегают к наркотикам от безысходности. Даже те, кто этому сопротивляется, непременно возвращаются к ним, потому что старый наркотик секса — не действует. Не действует, так как это ничего не приносило, потому что люди жили только на внешнем уровне. Они никогда не проникали в ею тайну.
В большинстве своем они знают, что существует некая романтическая любовь. Но это еще не любовь, это — подавляемая умом похоть. Когда сексуальная близость невозможна, подавляемая энергия становится такой романтикой. Тогда она трансформируется в рассудочную и переходит в голову. Когда половое чувство идет из гениталий в голову — начинается роман. Романтическая любовь — еще не состояние любви, это псевдолюбовь, фальшивая монета. Это — всё та же похоть, но без удовлетворения.
В прошлом романтическая любовь встречалась чаще, потому что секс не был доступен настолько: общество создавало много препятствий. Секс был труднодоступен, и людям приходилось это как-то подавлять. Энергия перемещалась в их головы — и становилась поэзией, живописью, романтикой. У них были мечты, причем красивые мечты.
Теперь, преимущественно на Западе, это исчезло. На Востоке это всё еще встречается. На Западе это ушло, потому что секс очень доступен. Благодаря Фрейду на Западе произошла революция. Она уничтожила все существовавшие барьеры, запрещения и ограничения на проявления сексуальной энергии. Сейчас секс легкодоступен, с этим нет никаких проблем.
Но секс стал доступен более, чем вам это нужно,— и возникает сложная ситуация. Романтическая любовь исчезла. Теперь на Западе не пишут романтические стихи. Кто будет этим заниматься? Секс легкодоступен на рынке потребления, кому взбредет в голову романтика? Нет и нужды думать об этом.
Романтическая любовь — другая сторона физического секса, сторона подавляемая. Это — тоже не любовь. Больны оба. То, что называется сексом, сексуальностью и романтической любовью,— всё это болезненные состояния любви. Лишь когда встречаются тело и ум, это и есть любовь — это здоровое состояние. Сексуальность испытывает только тело, а романтическую любовь — только голова. То и другое — лишь части.
В любви тело и ум встречаются: вы соединяетесь в единстве, в большем единстве. Вы любите человека, и секс проявляется как отражение этой любви. И не наоборот. Вы любите человека так сильно, ваши энергии сплетаются глубоко, вам необыкновенно хорошо в близости с другим, его присутствие так наполняет, придает вам завершенность. Любовь приходит как отражение этого.
Секс здесь не центр, центром является любовь, секс — вторичен. Да, порой очень бы хотелось встретиться на физическом плане, но в этом нет непреодолимого желания. Это уже не навязчивая идея, а вопрос разделения энергии. Основа — глубока. Периферия — хороша. Она хороша при наличии центра; без него она становится сексуальностью. Если есть только центр, без периферии, то будет романтическая любовь. Когда периферия и центр соединяются, происходит совмещение тела и ума. Несмотря на то что вы хотите тела другого, вы желаете также и его существа — значит, есть любовь. Любовь — это здоровье.
Сексуальность и романтическая любовь вредны и опасны. Они своего рода невроз, который раскалывает вас на части. Любовь же — это гармония. Это не только тело другого, но и всё его существование, само его присутствие, которое любишь. Другой человек для вас — не средство для собственного облегчения. Вы — любите человека. Ни он, ни она — не средство, и на этом ни он, ни она не заканчиваются. Любовь — это здоровье.
Но мы забыли о другой силе, которую я называю состраданием. Когда встречаются тело, рассудок и душа, вы становитесь великим единством. Становитесь троицей, тримурти. Тогда всё, что в вас есть, от самого поверхностного до самой глубины, встречается в одной точке. Ваша душа — также часть вашей любви. Впрочем, сострадание возможно только через глубокое размышление.
