Мальчишка на скейте лихо перепрыгнул через бордюр, свернул в переулок и подкатил к стоявшему у обочины полицейскому патрулю. Стекло водительской дверцы опустилось.
— Офицер, я сделал снимки, как вы и просили. Уже скинул вам на имейл. Теперь ваш черед!
Мик Джефферсон открыл бумажник, достал двадцатку, подумал, добавил еще одну и протянул пацану:
— Молчи об этом.
— Само собой. — Он изобразил, что закрывает рот на замок. — Удачного дня, офицер!
Это было совсем не по правилам и могло прибавить ей несколько лишних граммов, но Барбаре впервые было наплевать на подобные нюансы. Она купила два миндальных круассана, немало удивив Энди, и съела их с огромным аппетитом вместо ужина.
В комнату вливался вечерний уличный свет, лампы она специально не зажгла — в рассеянном полумраке лучше думалось. Барбара сидела на диване в гостиной, допивая уже остывший кофе, и воспроизводила в памяти недавний разговор.
Она не злилась на Джейка. Вот что странно. Вообще не злилась. В первую минуту распсиховалась, но скорее от неожиданности. Его порывы были ей понятны. То есть она сама до такого бы точно не додумалась, но ведь Джейк отличался от большинства — своей спонтанностью, страстью, умением удивлять. Да, из-за его поспешности она стала невольным убийцей, но хватит уже строить из себя святую Марию — сожалений об участи Уорхола она не испытывала. И ей даже не нужно было внушать себе, что он якобы являлся говнюком — это и по умолчанию было ясно. А говнюкам Барбара не сочувствовала.
С Филипом Мортоном ситуация складывалась посложнее. Она его не знала лично и понятия не имела, насколько паршивым человеком он был. Но тут вступал в силу форс-мажор. В их с Джейком намерения не входило его убийство, фактически их совесть чиста. Так уж обстоятельства повернулись — или он или они. Жертвовать собственной свободой ради незнакомца Барбара не собиралась. Она поступила правильно.
А ведь прав Джейк. Прав сто раз, называя ее адреналиновым маньяком. Она и сама не замечала в себе этого, пока не попробовала. И как же удачно легла на новый опыт удивительная философия Будды! Барбара ощущала себя так, словно долгое время жила в удобной, комфортной крепости, где имелось все необходимое для жизни, и вдруг обнаружила, что за стенами простирается грандиозный, невероятный, неисследованный мир — с равнинами и лесами, с морями и океанами…
Она вошла в электронную почту, перечитала письма с отказами. Эти письма принадлежали ее прошлой жизни, в новой им не было места. Барбара удалила их, затем открыла «Ворд».
«Роман скучный, сюжетная линия вялая…» — вспомнила она и улыбнулась.
Ладно. Хорошо. Она напишет повеселее. И даже выдумывать ничего не будет. Просто перескажет случившуюся с ней историю.
Лежавшие на клавиатуре пальцы ожили.
Барбара не знала, чем закончится ее новый роман. Она даже не догадывалась, чем начнется следующая глава. Она впервые писала книгу без натуги и усердия, не придавая большого значения тому, что рождало ее разыгравшееся воображение. Будда сказал: живи настоящим мгновением. И в это мгновение Барбара по-настоящему наслаждалась процессом, не заботясь о результате.
Когда она оторвалась от компьютера, часы показывали далеко за полночь, а на дисплее высвечивались две готовых главы. Она сохранила файл, выключила лэптоп. Прежде чем пойти спать, долго сидела перед коробкой с пистолетом, разглядывая его, крутя в руках и целясь в невидимого врага.
— Ты светишься вся, — обвиняющим тоном сообщила Эми, встретив Барбару утром в спортзале. — Всю ночь с тем красавчиком кувыркалась? Как он вообще?
Барбара прикинула, как отреагировала бы Эми, узнай про подарок Джейка. Наверное, восторгов на его счет поубавилось бы. Подруга предпочитала классические знаки внимания — цветы и украшения — хотя по ее внешнему облику предполагалось, что она скорее обрадуется новой штанге или боксерским перчаткам, нежели букетику ромашек.
— Как только сама разберусь в своих чувствах, расскажу тебе все детали, — пообещала Барбара.
Они уселись на скамью перед стеллажом с гантелями. В такую рань посетителей было мало, занимались лишь несколько «белых воротничков», предпочитавших посещать зал перед работой.
— Ишь ты какая привередливая, — то ли в шутку, то ли всерьез ответила Эми. — Парень классный, а она еще в чувствах не разобралась. Отдай мне его. Я разбираться не буду, просто изнасилую его в грубой форме. Несколько раз.
Они рассмеялись.
— А ты не помнишь, — как бы невзначай поинтересовалась Барбара. — Он в наш спортзал наведывался?
Она ничего не могла поделать с желанием разобраться, не солгал ли ей Джейк снова. Если Зоуи ошиблась или не внесла его данные в компьютер, то ведь кто-то из тренеров мог его видеть?
Эми пожала плечами:
— Не замечала его. Ты знаешь, у меня память на лица хорошая. Если он и приходил, то не в мою смену.
