Весь процесс прошёл, как по нотам! Вырвавшиеся вперёд (не без нашего участия) Синица, вместе с тройкой таких же босяков, радостно скинули рюкзаки и плюхнулись на спины в трех шагах от кромки линзы, не дожидаясь даже команды «вольно». Наивняк – это не птичка, это Синичка… Остальных «третьяков» Золин, злорадно улыбаясь, придержал, под предлогом поиска дров для костра, приказав попутно «осмотреть местность». Хотя чего там осматривать – вокруг линзы только камни да спёкшаяся почва, ну и травы немного… Впрочем, долго ждать не понадобилось – уже через пару минут дикий вопль одного из приятелей Синицы всполошил весь водохлюпающий взвод! Буквально через пару секунд завопил и Синица, а за ним и остальные раздолбаи. Ну да, песчаные блохи по болючести вроде как прямая родня Земным «огненным» муравьям, мало Синице не покажется…
У четверки безмозглых ума все же хватило сопоставить очевидное – никто кроме них не верещит! К моменту, когда спасательная экспедиция из ближайших морячков (вот чего не отнять – на рефлекс «сам погибай, а своих выручай!» их натаскали крепко) добралась к расслабленным еще минуту назад телам, все четверо уже извивались на скудной травке в десятке метров от песка. Добежать – добежали, а что дальше делать? Худопал растерянно топчется, четвёрка орёт, остальные морячки бестолково суетятся… Наконец кто-то из полосатиков выдает с надрывом:
- Това-а-арищ кап-лей, что дела-а-ать?!
Худопал, наткнувшись взглядом на совершенно спокойно стоящих вокруг пятачка, на котором суетятся его подчиненные, инструкторов, нашёл глазами не менее пофигистичного Золина и заорал:
- Лейтенант, ё… твою в пи…у через горбатый х…й! Чего твои долбо…бы стоят, бойцы ранены, на …й! Делай что-нибудь, е…ать в три …уя!
Примитивно как-то, вот Ларев такие перлы выдавал, просто поэма! А тут – пара унылых матюгов в разных сочетаниях, и только… и это морской волк?!
- Отставить истерику, капитан-лейтенант! – вот это по-нашему, вот это правильно! Нефиг, здесь вам не ваше корыто, чем бы оно ни было, хоть дредноутом! – Вы считаете, что ваши бойцы ранены? Прекрасно, приступайте к оказанию первой помощи! Советую для начала определить, от чего именно пострадали эти четверо, тогда вы сможете оказать квалифицированную, адресную помощь, а иначе – от чего вы их будете лечить? Я не против, действуйте, капитан-лейтенант…
Об морду Худопала можно было бы зажигать спички! Он набрал воздуха в легкие, но заговорил почти спокойно:
- Младший лейтенант, насколько я знаю, ваша, как и ваших подчиненных, обязанность заключается в защите курсантов во время этих вот бля…ких учебных походов! Вы отказываетесь соблюдать свои должностные инструкции?!
- Вы ошибаетесь, капитан-лейтенант, вследствие недостаточного знания. – ядом в голосе Золина можно весь ЦУП на горшок на пару дней отправить, – Моя и моих бойцов должностная обязанность – обучать курсантов правилам выживания в дикой местности. Не заносить ваши задницы, а именно обучать! Почему никто из ваших курсантов не пытается определить, чем именно были вызваны эти вопли? Почему никто даже не попробовал выяснить причину нынешнего состояния этих четверых? Я лично присутствовал на занятии, во время которого ефрейтор Акулов подробно рассказывал, что именно сейчас произошло с вашими… подчиненными, и что надо делать в таких случаях. Тем более, что тут и гадать не требуется… Жаль, что ваши подопечные, не знаю уж, по какой причине, посчитали абсолютно бессмысленными преподаваемые знания, и теперь напоминают переполошенный курятник, а не боевое подразделение! Что указывает на крайне неприятный вывод – все курсанты третьего учебного батальона просто пропустили мимо ушей столь тщательно разжевываемую им науку, и в саванне сейчас вместо боевого отряда жалкое стадо!
Худопал с удовольствием бы врезал Золину в челюсть, я прямо видел, как напряглись его конечности – но… вес морячка килограмм шестьдесят, рост метр семьдесят от силы, и вряд ли он когда поднимал что-либо тяжелее… бинокля! Против Золина – даже не смешно, а уж на физиономии десантника прямо неоновая вывеска светилась – «ну давай, попробуй!». Я отсигналил отделению «внимание!», и то, как слитно переместились бойцы, остудило и нескольких морячков, уже было приготовившихся кидаться на помощь с воплями «наших бьют!» – и не имеет значения, что кап-лейт сам нарывается…
