Вода действительно нашлась. Попытки нахлебаться прямо из махонького ручейка едва в пару метров длиной Муралов пресёк самостоятельно(!) и достаточно грамотно распределил обязанности по розжигу костров и кипячению воды. К Золину в это время подошла целая делегация из кап-лейта и его пятерых подчиненных, с просьбой объяснить/научить, чем бы перекусить на сон грядущий. Да и вообще, водохлюпы вели себя теперь почти примерно, не доставляя особых хлопот – процесс пошел! Охоту пришлось скомкать, я подстрелил одного косуленка, худо-бедно разделал на месте и, возвращаясь, оставил на удобном камне печень Аресу, объяснив свои действия соблюдением охотничьих примет (заработал подозрительные взгляды, но мне на них было…). Марат тоже такого же приволок, но чуток побольше, и всё, больше мяса никто не добыл – остальные инструкторы, не сговариваясь даже, обучили «своих» курсантов землеройным работам! Маниок добывали, ага… Меня окружают злобные, жестокие и мстительные люди!
Остававшиеся в лагере курсанты, пока мы добывали пищу насущную, кое-как обустраивали лагерь. Очистили и даже слегка обожгли костровищами землю под спальники, организовали поточно кипячение питьевой воды, заготовили дров на всю ночь… У косогорчика под крохотной осыпью – ручеек бежал у подножия этакой кочки, даже курганчиком не назовешь, такое непонятно что в метр-полтора высотой, пришлось лагерь устроить чуть дальше, у холма – откопали ямку под сортир, и даже огородили ее невысоким плетнем! Точнее, плетень поставили только со стороны лагеря, чтобы не сверкать голым задом в процессе, ну и не портить аппетит сослуживцам видом… процесса, так сказать. При виде волокущих добычу товарищей у некоторых даже, кажется, глаза подозрительно заблестели – слезами счастья и надежды!
- Товарищ кап… э-э-эм, товарищ лейтенант! Там человек… неживой, то есть! Труп там, в стене! Мы копать… зарыть чтоб… а он там сам засыпан! И в форме нашей! – наперебой пытались объяснить свою панику двое дневальных. Ага, это те, которых отправили сортир закапывать… Ну и что там такое?
- Следопыт, ты и День со мной, Акула и Сирый – приготовить отряд к бою! – Золин быстро оправился от неожиданности и командует отрывисто и резко. – Капитан-лейтенант, вы тоже с нами…
Так, действительно, мертвец, в нашей форме… и очень свежий! Он тут как бы не со вчера лежит, даже распух едва-едва; ну да, откос в тени постоянно, да тело в грунте… хоть грунт и не сырой, но и не слишком нагревается в таких условиях… Бойцы откопали ногу от колена и выше, и часть спины, а разобравшись, что именно им попалось – бросили все и метнулись к старшим. Правильно сделали, в общем-то, но копать дальше им все же придется – не сержантам же с лейтенантами этим заниматься? А мы посмотрим, подумаем, откуда он тут взялся, и что вообще происходит – мертвый человек в форме РА (форма-то еще ладно, но не американский же рейнджер это – в половине дня пути от Одессы, если машиной?), рядом с ЦУП-ом… и запах почему-то не столько трупный – сколько ГСМ-ом несет, резко так…
- Так, бойцы – давайте-ка опять за лопаты. – это Золин; как я и ожидал, никуда курсантам от этого дела не спрятаться, раз уж досталась им такая находка, – И аккуратно раскопайте этого… человека. – и тоже верно, пока что видна только часть обмундирования, даже принадлежность мертвого к РА под вопросом. Мало ли, кто в похожей форме может в этом мире оказаться в буше? Да, собственно, более удивительно было бы, окажись здесь человек во фраке, или балерина в пачке – хотя, истины ради, они и на Старой Земле по улицам в упомянутом виде обычно не шатаются!
Минут через двадцать тело извлечено на поверхность. Лежит ничком, на спине входное пулевое отверстие, маленькая дырочка, и крови совем немного вытекло. Убит выстрелом в спину, похоже, прямо в сердце попали… На плече – шеврон принадлежности части… наш шеврон, у меня там же и такой же. Действительно, наш боец… был. Убит совсем недавно, запаха разложения практически нет, зато пованивает… ну точно, соляркой. Причем заметно! Тело ею буквально поливали… зачем? А-а-а, понял, кажется – так живность крупную попробовали отпугнуть от трупа, и не скажу, что безуспешно. Тело неповреждено – только трупное окоченение, и все. Золин, натянув перчатки, захватывает одежду и вместе с Худопалом переворачивают мертвого на спину. Я почти неосознанно бросаю взгляд на лицо… что?!
- Это же!.. – задыхается от адреналина День, я молча проглатываю практически такой же возглас.
- Сержант Гавряев, из четвертого учбата. – пустым голосом констатирует факт Золин.
Молчим несколько секунд, первым очухивается Золин:
- День, радиста сюда… Кап-лейт, похоже, ваш рейд закончен. Следопыт, организуй там людей, вызовем наших, медиков, наверное, передадим тело им… и будем, скорее всего, возвращаться на Базу. Раз такие дела творятся – может, и вовсе на ограниченный режим переведут…
Я козырнул и повернулся к рядовым-морячкам:
