- Да мы чего, ты не переживай, командир… ясное дело, видно, что ты не в себе… и так здорово держишься.. – забубнели в два голоса бойцы; при открытом переходе звук из кабины прекрасно слышен и в жилом блоке. Поскольку большую часть проёма занимала тушка Дениса, голос Коляна доносился как бы через переговорную трубу, искажённо и глухо. Я на миг представил Хромко в виде этой самой трубы – и едва сдержал истерический ржач! До боли в скулах захотелось ляпнуть что-то типа «День, открой рот пошире – а то плохо слышно, чего там Весло кричит!», благо, что вовремя сумел зубы сжать и даже хихиканье удавил в зародыше! От этих ребят моя жизнь, может быть, зависеть будет, а я на ровном месте быдловато юморить начну? Про то, что они за мной в никуда рванули не раздумывая, и упоминать бессмысленно…
- Ф-ф-фуххх… Кажется, прошло! Ну что, друзья-товарищи – двигаемся помаленьку? – я запустил заглушенный движок и, аккуратно удерживая руль, тронул с места грузовичок. Хватит себя жалеть! Я сам выбрал дорогу, в конце-то концов! А то, что она оказалась с камнями… а где без камней бывает?! Вот и хватит скулить!
Через открытое окно (кондиционер я решил пока не включать, почему-то вполне хватало сквознячка из окна – привык, наверное, к минимальным удобствам?) тянуло запахом перегретой пыли, травы и немножко чем-то морским, едва уловимо, но было… или казалось, какая разница? «Дорога» легко вползала под колёса, извиваясь между холмов, рощ и груд валунов, постепенно становясь всё ровнее по мере уменьшения количества и размеров препятствий. Часа через четыре мы выкатились собственно в саванну – какой её принято считать, то есть «бескрайняя», выжженая многомесячным, без единой капли влаги, солнцем равнина, покрытая чахлой растительностью, и на первый взгляд – абсолютно безжизненная… В кемпере отчётливо завозились бойцы, я притормозил машину и крикнул в переход:
- Ау, чего вы там копошитесь? Что-то нужно, или вы так, от скуки?
- Останови на пару минут, командир, выйдем проветриться! – весело проорал в ответ День, я хохотнул (ну да, в саванне «проветриться» означает осторожно, с оглядкой, высунуться из машины на кратчайший срок – а некоторые ухитряются и на ходу… того), и завертел башкой, высматривая удобное место. В итоге, остановившись на пару минут, решили заодно и пообедать, поскольку, хотя никто особо не напрягался, желудки всё равно поквакивали. Арес, довольный тем, что вместо однообразного пребывания на Базе мы, «как в старые добрые времена», снова в пути, наслаждался от души – выскочив из машины, носился кругами вокруг «гелика», иногда подскакивая в воздух и кувыркаясь! Вот уж кто был полностью доволен жизнью! Весло, поглядывая на кота, в темпе нарубил бутербродов, достал из холодильника бутылки с морсом, и мы дружно устроились жевать на складных табуретках прямо у машины, только приподняли край тента для хоть какой-то тени… День, цедя прохладный (на открытом воздухе температура около тридцати пяти градусов – даже изначально холодная жидкость нагревается достаточно быстро, а учитывая объём кружки, это «достаточно» вообще сокращается до пяти-шести минут) морс, рассуждает:
- Хорошо-о… Это не пешочком топать, с рюкзаком на горбу! Интересно, куда нас отправят дальше служить, Следопыт? Вот бы где-нибудь у Демидовска – домой бы в увольнительные ездил…
Редько, перед отъездом сумевший отправить свой «подарочный» байк куда-то к родственникам, тоже мечтательно прищурился, на что я скептически хмыкнул. Пару минут Весло стоически терпел, потом не выдержал:
- А что не так, командир? Здорово же было бы?!
- Было бы… Если бы у бабушки были шарики, она дедушкой была бы. Вот на трёхмесячную зарплату могу спорить – будет через одно место, по тем или иным причинам, но будет. Не с моей удачей в рай попасть! И вас я предупреждал, орёлики: свяжетесь со мной – из неприятностей не вылезете до самого конца службы! Так что – спорить будем?!
Вот кто меня за язык-то тянул, а?!
- Очень хорошо, – старый «недобрый знакомый» хохотнул мелким коротким смешком, противненько так – три бойца, да притом целый сержант с двумя ефрейторами! Ты, Фёдор, жаловался, что у тебя с кадрами нехватка катастрофическая – так вот, три человека бесхозные, забирай смело, пока никто другой не пронюхал. А то так и будешь людей у майора клянчить…
