Тряпичное и прочее снабжение, к моему некоторому удивлению, выдано было не просто полностью (старшина, истинный буквоед, заставил нас расписываться аж в четырёх экземплярах, а то, что перед подписанием мы все внимательно прочитали текст и сверили полученное с положенным, вызвало у него вместо ожидаемого раздражения – даже некоторое одобрение!), но оказалось ещё и абсолютно новым и вполне качественным. Ничего особенного, притом характерные вещи – спальное бельё, два комплекта; плащ-дождевик (в ЦУП-е таких не выдавали – поскольку до ливней срочники не задерживались); тёплое нательное бельё – относительно, конечно, но носки шерстяные грубой вязки и байковые рубахи-кальсоны присутствовали; накомарник, местного изготовления противомоскитка – я, видимо, непроизвольно «поменялся в лице», а старшина, жучара, реакцию срисовал влёт и в лёгком недоумении приподнял брови, но допрашивать не стал; тактические перчатки старшина из списков лично вычеркнул, объяснив, что их и так не хватает, расходный материал, а те,которые надеты на наши лапы, всё равно лучше его запасов, так что перебъёмся; кое-какую мелочёвку, в основном в виде замены наших вышедших из строя расходников (День выцыганил себе панамку неведомого происхождения – естественно, пятнистую, но совершенно незнакомого типа расцветки – и с выражением полного довольства жизнью нацепил её взамен своей кепки); здоровый кусок москитной сетки, на вопрос «зачем столько?» старшина махнул рукой, буркнув «придём – покажу»; и штук пять тонких брошюрок с наставлениями, уставами и прочей почти всегда нудной, но необходимой информацией.
Нагруженные барахлом, мы вслед за старшиной вышли из этой каптёрки обратно под ясное солнышко, и пока Губарев закрывал двери, попытались навьючить полученное на себя поудобнее, но не особо преуспели – я, по крайней мере, чувствовал себя полным идиотом с пачкой белья на руках и полным набором вооружения во всех положенных местах! Неужели тяжело было предложить рюкзак взять, хоть один?! Знал же этот… таракан сушёный… куда и зачем нас ведёт? Сто против одного – сейчас мы пойдём обратно, причём так, чтобы продефилировать на виду всей базы! Развлекается народ, чем может… хреново тут у них, сдаётся мне. Ну да ладено, пускай немного повеселятся, над новичками – святое дело…
Не то чтобы на виду прям всей базы, но пройтись пришлось. И да – встреченные по пути старательно давили лыбы; подозреваю, не будь на нас соответствующих погон, провожали бы гоготом! А так – мало ли, вдруг сопляки говнистые, начнут жизнь портить, надо оно кому? Ладно бы один, но аж трое, да ещё и явно именно тройка, а не три по одному… Малосвязный поток мыслей прервал голос старшины:
- Вон там, бойцы, ваш кубрик. Можете считать, вам повезло – вы первые жильцы, так что вселяйтесь, обживайтесь, до вечера свободны. Хотя, если хотите – можете подселяться к другим, но места свободные только по одному, а вы, как я понимаю, сослуживцы? Предпочитаете своей тройкой? Я так и думал… Тогда только наверх. По лагерю шататься не советую, ужин в восемь, сержант – со мной прогуляешься, покажу столовую и так, что где находится… После ужина – ко мне, сдаёте уставы, там ничего особенно нового, но своя специфика имеется, так что… ну, это я повторяюсь, м-да. Вопросы есть? Если нет – клади вещи, сержант, и за мной!
Пока он говорил, мы успели переглянуться и «обменяться впечатлениями»… То, что старшина назвал кубриком, ни мне, ни соратникам не понравилось совершенно. Я такое и раньше видел, как на старушке-Земле, так и здесь уже, в различных вариациях и с разной начинкой. Представшее нашим глазам зрелище отличалось достаточной убогостью и обшарпанностью, чтобы с заметной долей вероятности предполагать – внутри, скорее всего, не лучше… Старшина Губарев привёл нас, действительно, в жилой городок, иначе не назовёшь… но какой!
Основной конструкционной единицей здесь были морские контейнеры малого типа, те, которые 20-футовые – иначе говоря, шесть на два с половиной и на два с половиной. Нет, там какие-то сантиметры «гуляют», но совершенно незначительно для жилого объёма… Из таких контейнеров и на Земле многие рационализаторы охотно клепают всё подряд, от складов и гаражей для мотоциклов до жилых времянок и дачных домиков, а нередко и жилые дома пытаются строить – с переменным успехом. И переменность успеха впрямую зависит от затраченных на переделку усилий и средств, в первую очередь финансовых!
