У меня есть мечта. Почти всю свою жизнь я хочу увидеть своего ребенка. И своего мужа, от которого сбежала без оглядки тринадцать лет назад. С тех пор та Шагане, которой я была, очень изменилась, и женщина, которой я стала, уже не боится прошлого так сильно. Она полна решимости вернуться на планету мужа и пусть помогут ей Боги! И не только они.
Громкий сигнал. Скрип и эхо от перестука каблуков какой-то женщины.
Фиолетовый луч сканера прорезал зеркальные стены Высокого посадочного зала. Поднялся гвалт в более ли менее спокойном с утра помещении с высокими потолками, благодаря высоте которых сюда мог поместиться самолет производства моей родной планеты. Люди начали переговариваться, кричать, смеяться, создавая привычную какофонию, выходя из коридора и идя к регистрационным кабинам. Но не все были людьми, в привычном для меня когда-то смысле слова. Конечно в Высоком зале, месте пересадки пассажиров космических кораблей, были и другие расы из разных галактик, но я, как и любой другой человек, уже по привычке не учила новых ярлыков. Вот у той женщины желтоватая кожа и нереального ярко-горчичного цвета волосы, у идущего в толпе мужчины, быстро промаршировавшего на фоне голографической рекламы, виден хвост, чуть дергавшийся от нервов, и всё равно — они все люди. Наша земная логика, впрочем, была понятна многим и те в свою очередь кем только друг друга не называли. Чаще всего мелькало на устах «расы», «гуманоиды» в эквиваленте разнообразных языков.
— Энагаш? — крикнули за спиной. Лениво обернувшись, я увидела женщину с пышной прической и кучей сумок в руках. — Энагаш! — воскликнула уже бодрей Р¬а́ита, имя которой было столь длинное на самом деле, что эта женщина у меня из-за него с трудностью и ассоциировалась. И не только из-за своего имени.
— Добрых дней, — протянула я, чуть улыбнувшись, и проследила, как она упала на пластмассовый стул с мягким сидением и спинкой, такой же стул, на котором сижу я, сонно наблюдая за утренними перемещениями людей. Многочисленные сумки упали к ногам женщины, а руки лишившиеся тяжести потянулись к жестким, ужасно кучерявым волосам, чтобы поправить пышный хвост, наверняка щекотавший открытую спину из-за модного фасона платья родной планеты моей знакомой.
— Тебе желал удачи и больших средств Сергас. Когда это… Неделя уже прошла? Время так летит… Ну, он про тебя не забывает, — с улыбкой, которую можно было назвать «бантик» сказала мне Ра́ита, и попыталась погладить по щеке, но встретив мой насмешливый взгляд и прочтя в нем «ну-ну, попробуй», быстро передумала. Сколько уже её пытались переучить проявлять странности своей культуры, из-за которых её однажды уже не поняла жена влиятельного предпринимателя этой планеты? Конфликт длился недолго, но всё же он имел место.
— Я рада, — ответила женщине и мазнула взглядом по яркому здешнему «солнцу». Оно вышло полностью и залило узкие улицы города внизу своим светом. Стекла не пропускали в зал прямых солнечных лучей, потому некоторые не особо морщась, остановились, чтобы заснять вид с Высокого зала, благодаря его стеклянным стенам и расположению на горе фото отсюда получались прекрасные, но все одинаковые — разнились лишь эффекты.
— Куда летишь? — спросила сидящая рядом знакомая, уже открывшая маленькое зеркало и начавшая щупать себе щеки. Раита не забывала поглядывать по сторонам, и совершать свои махинации по возможности мило. У неё выходило. Ра́ита всегда, сколько я её знаю, умела себя красиво вести и выглядеть прекрасно, при этом она обладала не дюжей силой, скрывающийся в черепной коробке: силу эту прятала извечная радость жизни, блестящие счастьем взоры, восхищенные улыбки.
— Как и все — куда-то туда, — показала я пальцем в небо. Столько сумок у ног Ра́иты… значит, возвращается к семье после загула по торговым центрам на этой бурлящей социальными изысками планеты. — Только не говори, что купила хоть одну юбку с подсветкой, — прищурив глаза и чуть наклонив голову, ответила на её вопрос своим. В моих глазах она поймала насмешку и ответила тем же. Короткие юбки с уходящим в пол светом сейчас были писком моды, и именно тем, который называют предсмертным. Конечно же, тема одежды чуть отвлекла женщину от её вопроса. Я бы не заговорила о столь незначительной вещи как бессмертная скупость моды, но в разговоре с Раитой, это было эффективным отвлекающим маневром. Я тоже любила хорошую красивую одежду, но обычно приоритетнее было слово «удобная». Сама я сейчас сидела в мягких, приятно облегающих ногу штанах ненасыщенного темно-синего цвета и в белой хлопковой кофте с искусно вышитыми блестящими нитками синицами. Товар с Земли. Об каменный пол зала постукивала время от времени толстая подошва моих белых ботинок с разноцветными шнурками. Такого же оттенка как штаны, стоял возле моих ног большой рюкзак. Меня обеспечили ненужной информацией о торговых центрах этой планеты, в частности примерочных, качестве тканей у известных модельеров. После прозвучавшего сигнала подготовки и очередного сканирующего местность на вирусы фиолетового луча, Ра́ита заметила, что ей пора и поблагодарила меня за прекрасный разговор. А я осталась сидеть и думать, застревать взглядом в полу, в виде на город, в сероватом небе. Не моргая я прокручивала одну единственную мысль в голове:
«Не могу больше, я должна полететь»