— Ты любишь ее? — поинтересовалась я, Радомир положил руку мне на талию, — Она хорошая девушку, не стоит ее обижать.
— А ты? Любишь его?
Радомир повел меня в танце, и я отдалась ритму, заставив себя дышать и забыть его вопрос. Я это делаю не для себя…
Глубоко вздохнув, меня поглотил комфорт, который был вокруг меня — любимые звуки смеющихся людей, аппетитный запах хорошо приготовленной пищи, звон столового серебра и бокалов, звенящих в счастливых тостах. Я хотела выпасть из моей жизни, которая иногда заставляла меня забыть, сколько я уже имела.
Музыка закончилась и брат повел меня обратно к нашим друзьям. Диана надулась, когда брат что-то прошептал в ее ухо. Радомир подмигнул мне. Обычно я не считала подмигивание милым, но оно работало на него. Часть его ангельского очарования гармонировало с тем, насколько сексуально он выглядел. Было в нем что-то такое, что намекало на то, что он мог бы отшлепать вас кухонной лопаткой так же профессионально, как он бы готовил с помощью нее. Он был старше меня на несколько лет, и никогда не обижал меня, как обычно бывает в семье.
— Арсения? Где Валентин? — Спросила меня Диана.
Моя улыбка тут же погасла.
— Скоро будет здесь- я не хотела даваться в подробности.
Позже, я опознала пульсацию моего сознания, что струилось по моей коже. В то время я думала, что это было предчувствие, мои инстинкты предупреждали меня, что помолвка могла рухнуть до того, как мы ее устроили ее.
Затем, я увидела его.
Все во мне замерло, как будто хищник не мог видеть меня, если бы я не двигалась. Он зашел в зал развязным шагом, от которого мои руки сжались в кулаки. Его походка была легкой, гладкой и уверенной.
Одетый в синий костюм, он выглядел, как успешный человек, но я знала лучше. Максим Гарцев никогда таким не был. Он играл жестко и также жестко трахался.
Я взяла стакан с водой дрожащей рукой, молясь, что он не будет воспринимать меня как девушку, которая когда-то безнадежно была влюблена в него. Я уже была другой. Я изменилась. У меня была тайна, о которой я не хотела говорить ему.
Максим тоже изменился. Стал стройнее. И жестче. Его лицо теперь было великолепнее из-за новой резкости в области подбородка и скул. Я сделала глубокий, трепетный вздох при виде его, реагируя на его присутствие, как будто я была физически атакована.
— Какова вероятность того, что он все узнал? Для чего он там появился? — спросила Саша с шелковистой четкостью, когда мы сели в ее автомобиль — Ты не должна была сбегать, что люди подумают? Все что было в прошлом, да у тебя остался подарок от него, но это нечего не значит…
К сожалению, я потеряла нить разговора в тот момент, когда встретилась с глазами девушки с которой он прибыл. Рев крови в моих ушах заглушил все. Я как подбитая дворняжка сбежала из собственной помолвки прихватив за собой Сашу. Я боялась не только с ним встречи, но и кое что ещё…
— Я не знаю, — ответила я, немного испуганная энергией, которую она излучала, как тигрица на охоте.
Это было несерьезно, — сказала я сама себе, когда ехала на лифте в отеле. «По крайней мере, не для него…» — Больше похоже на одну длинную ночку. Я не думаю, что он даже узнал меня сейчас.
И, черт меня дери, если меня это не задело. Он даже не посмотрел на меня. Господи если бы я только знала, не приехала бы в этот город, не устраивала этот праздник, на котором настоял Валентин.
Как только я зашла в номер, скинула с себя платье, я хотела забыться, ещё нужно объяснится с Валентином.
Мой телефон в сумке начал звонить и я вышла из ванны чтобы ответить на него. Можно было и не смотреть на звонившего, и так знала, что скоро он позвонит.
— Арсюш — Голос Валентина прозвучал из динамика — Я приехал тебя нет, почему ты уехала? И этот мужчина снова появился в нашей жизни. Ты его позвала? Ты больше не хочешь…
Я ненавидела то, как застучало мое сердце, услышав о нем.
— Он до сих пор там?
— Он со своей подругой.
— Прости меня — я сжала переносицу — это выше мои сил. Я в номере, встретимся завтра, позавтракаем, придумай что нибудь для гостей.
— Хорошо, отдыхай.
С тех пор как я осталась совсем одна, он снова пытался изо всех сил добиться меня, приглашая на свидания, присоединяясь ко мне, когда я страдала из за отца и ледяных скамейках в парке, скрашивал моё одиночество. Он был добрым, милым, веселым и прекрасным примером того, что значит быть джентльменом. Другими словами, полная противоположность Максиму.
Ничего схожего.
Я сняла нижнее белье и направилась в ванную, бросая шарики для ванн под струи воды.
Я откинулась назад и позволила горячей воде подняться до моей груди, выдыхая, поскольку это согрело мою кожу.
Становилось легче не думать об Максиме теперь, когда Валентин предложил мне выйти замуж, но было тяжелее заставить себя забыть его. Я до сих пор думала о нем поздно вечером, когда была в постели, часто желая, чтобы он был внутри меня.
Тем не менее, я не бежала к нему и его сволочному образу жизни, и я никогда бы не позволила, чтобы он пришел ко мне.
Никогда.
