Решительно спустившись по ступенькам, Яна попыталась пройти мимо, но Виталик, резко шагнув в ее сторону, вцепился в запястье и крепко сжал пальцы.
— Пусти! — Яна дернулась, смело посмотрев ему в лицо, хотя внутри буквально обмирала от страха. За прошедшие годы Виталик еще вытянулся и теперь угрожающе нависал на ней.
— Нет. Ты сейчас пойдешь со мной и выслушаешь все, что я хочу тебе сказать, поняла?
— Да пошел ты!..
Злость перевесила опаску, и Яна выпалила то, что не осмелилась сказать когда-то. Виталик нахмурился и плотно сжал губы, придвинувшись еще ближе. Яна будто оцепенела, видя его лицо совсем рядом и чувствуя на запястье болезненную даже сквозь толстую ткань пальто хватку.
— Я не хочу…
— Придется, — тихо процедил Виталик и слегка встряхнул ее.
— Нет. Мне это не нужно… Ты мне не нужен, — снова дернулась Яна. — Пусти, идиот!
И так приятно было высказать это Виталику, пусть и спустя несколько лет, что, если бы не страх, она могла бы и порадоваться этому событию. Плетнев, напротив, все больше выходил из себя. Он уже открыл рот, наверняка собираясь сказать очередную гадость,
но тут рядом с ними, резко взвизгнув шинами, тормознула “свинка” Милы, и та почти сразу вылезла наружу.
— Эй, ты! Отпусти ее, мудила! — громкий голос Милы будто бы придал сил. Яна задергалась, но цепкая хватка на руке и не думала ослабевать. Она с отчаянием посмотрела на подругу, и та, сунув руку в карман, достала телефон и направила камеру на Виталика.
— Руки, сказала, убрал! — приказала Мила и ехидно улыбнулась Виталику: — А то сейчас ты окажешься в инсте под тегом “главныймудакгорода” и тебя увидят все мои двадцать с лишним тысяч подписчиков, усёк?
Виталик скрипнул зубами, челюсти на мгновение обозначились резче, но удерживать Яну перестал — она аж покачнулась от неожиданности, когда тот буквально отшвырнул ее руку.
— Чего стоишь? — крикнула Мила, продолжая бодаться взглядами с Виталиком, и грубо поторопила ее: — В машину села, быстро!
Яна поспешила выполнить просьбу-приказ и, только захлопнув дверь и заблокировав ее, почувствовала себя в относительной безопасности. Мила тем временем еще что-то сказала Виталику и села на водительское место, тут же резко, под визг покрышек, выруливая со двора.
— Нет, ну какой же козлина! — возмущалась она дорогой, пока Яна подавленно молчала. — Урод! А ты чего молчала? Надо было вырываться, не знаю… “Пожар!” кричать, в ментуру звонить. А ты как овца на заклание, разве так можно?
Яна промолчала и крепче сцепила пальцы на жестких ручках кожаной сумочки, чтобы Мила не увидела, как те дрожат. Ее вообще трясло мелкой противной дрожью — все-таки встретиться с бывшим таким образом было очень… неприятно.
— Ну ты хоть мяукни что-то, — уже спокойнее произнесла Мила и положила ладонь ей на плечо. — Чего молчишь-то? Ян?
— Он не всегда таким был, — неожиданно даже для себя сказала она и, повинуясь вопросительному взгляду Милы, начала неохотно рассказывать: — В школе он был другим, гораздо лучше… Мы учились в одном классе, он мило носил за мной учебники и сумку, и никогда-никогда не обращал внимания на подколки. И с его мамой я хорошо общалась.
Яна вздохнула, про себя подумав, что меняться он начал, когда устроился на подработку.
В отличие от многих из ее круга общения, семья у Виталика была довольно обычной, без частных предприятий, высоких должностей или шикарных связей. Вообще без каких-то связей.
В выпускном классе Виталик устроился на работу официантом и быстро стал меняться. Работал на банкетах по выходным. Все ребята с его новой работы были старше, получали, на самом деле, приличные деньги, которые тратили даже быстрее, чем зарабатывали. И всегда звали с собой Виталика. Яну тоже звали. Она сходила как-то раз и в тот же день поняла, что ей с этими весельчаками не по пути. Из-за новых друзей она стала часто ссориться с Виталиком, они стали редко видеться… В целом, и до выпускного у них все было неладно, тот случай просто расставил все по местам.
— Ну раз даже с мамой знакома… — издевательски протянула Мила и фыркнула: — Мама — это аргумент.
Она замолчала, круто сворачивая на перекрестке, а после раздраженно добавила:
— Конечно, не такой был, ага. Все они такие! Казлы, — припечатала Мила, и Яна шутливо возмутилась, наконец беря себя в руки:
— Эй! Мой брат не такой, он лапочка!
— Ну да, — с готовностью подтвердила Мила, ни капли не смущенная возникшим противоречием. — Януш — исключение из правил.
— Значит, все-такие есть исключения? — лукаво спросила Яна и захихикала над нарочито зверской рожицей, которую скорчила Мила.
— У-у, предательница, — протянула Мила, и Яна уже откровенно рассмеялась, и смеялась до тех пор, пока Мила не спросила: — Ну ладно, хватит веселиться. Лучше скажи мне, чего ждать в выходные.
Яна мигом переключилась, рассказывая о тех, кто приглашен к бабуле на день бухгалтера, и радуясь, что у нее такая боевая подруга.
Глава 16. Миражи прошлого
