Янушевская “рыбка” уже давно умотала на такси. Первая, хотя ей с утра никуда не нужно. Януш уже сидел за пианино и играл что-то незнакомое Яне — явно не классика. В детстве у них все же были разные увлечения. И, откровенно говоря, ни у нее, ни у брата не получилось заняться этими увлечениями всерьез. Возможно, Януш мог бы стать известным пианистом — у них обоих хорошо получалось, но только он делал это с удовольствием, а Яна просто отбывала свои годы в музыкалке. В теории, у нее тоже были хорошие данные: слух у обоих идеальный, пальцы тоже у обоих длинные, только Яне еще досталось шило в попе, которое не давало сидеть и разучивать партии.
Помня о том, что Мила тоже когда-то ходила в музыкалку, Яна все пыталась подтолкнуть ее к Янушу — дескать, иди, поговори, поиграй. Но та качала головой и продолжала вытирать тарелки. В целом, в доме из гостей осталась только она, даже Юлька уже уехала. Поэтому, когда посуду отправили обратно в шкаф, а из гостиной убрали все следы творившегося здесь бардака, Яна собралась все же провожать подругу.
— Да мне недалеко совсем. Тут, на этой же улице.
— И куда ты одна? — возмутилась Яна, уже натягивая стоящие в коридоре угги — в них традиционно все женщины-Манцевич зимой ходили во двор. — К тому же, я знаю твое “на этой же улице” — в самом конце поселка практически.
Бабушка, услышав характеристику Яны, тут же оживилась: узнала номер дома, всплеснула руками и, на радость Яны, подняла с места еще и Януша.
— Первый час уже! — возмутилась она. — Поселок, быть может, и охраняемый, но к чему зря рисковать?
Януш тоже натянул куртку и сапоги, и из дома вышли втроем. Парадоксально, но ночью было даже теплее, чем днем. Стих ветер, перестал сыпать мелкий колючий снег, на безоблачном небе висел тонкий полумесяц. Ворота дома уже закрыли, поэтому вышли все через калитку и пошли рядком прямо по дороге — все равно машины не ездят, а идти по узкой пешеходной тропинке скучно. Разговорились. Ну как разговорились… Еще в доме начали обсуждать музыку. Из фильма. Оказывается, последней Януш играл саундтрек к какому-то фильму, Мила его узнала, и вот пошло. Сначала музыка в фильмах. Потом просто фильмы. Яна вроде как шла посередине, но чувствовала себя как кошка на столе для пинг-понга: просто смотрела то на брата, то на подругу.
Говорили интересно. Настолько интересно, что уже у ворот дома Милы застряли еще минут на пятнадцать. Наконец попрощавшись, Яна с братом двинулись домой.
— А она прикольная, — хмыкнул Януш, одобряя выбор сестры.
— Ага. И красивая, — хитро улыбнувшись, добавила Яна.
Тот непонимающе на нее посмотрел:
— Ты теперь подруг по внешности подбираешь?
Яна хихикнула:
— Себе — нет. Но твоя девушка должна же быть красивой.
— Девушка? Так у меня же есть, — сощурился Януш.
По нему было видно, что как раз сегодня он морально готов немного побузить на Ангелину. Так вообще чаще всего бывало как раз в те дни, когда ему все же удавалось куда-то свою девушку вытащить и весь вечер старательно ее развлекать.
— У тебя есть аквариумная рыбка, — парировала Яна. — А девушки у тебя нет. Вот я подумала, что Мила прекрасно подойдет на эту роль.
— Да? А она согласна с этим? — едко уточнил Януш, и не подозревая с чего на самом деле началась дружба Яны и Милы.
Яна не любила врать, но и выдавать подругу не хотела, поэтому ответила уклончиво:
— У нее никого нет, а ты вроде вполне в ее вкусе. Думаю, если бы захотел — легко ее завоевал.
Януш в ответ весело цыкнул — мол, придумала же. Но Яна так просто сдаваться не собиралась. В основном потому что знала наверняка: она все равно не сможет от брата скрыть тот факт, что выступает сводницей. Они слишком хорошо друг друга знают — Януш мигом разгадает все ее ужимки и прыжки. Значит, пусть считает, что это Яна инициатор этой авантюры.
— Ну сам подумай, какой шикарный вариант. Учится на отлично… практически на семейной специальности, между прочим. В смысле, бухгалтер она. Спортивная. На стриппластику ходит, кстати. Умная. Веселая — как круто сегодня все показывала, а ведь первый раз с нами. И воспитанная — осталась помочь нам с уборкой. Не то что твоя сельдь атлантическая.
Януш проигнорировал сельдь и весело продолжил:
— Ага. “Спортсменка, комсомолка и наконец просто красавица”.
— Ну вот, сам же все прекрасно понимаешь.
И Яна прямо на ходу привстала на цыпочки, чтобы взъерошить брату волосы. Тот уклонился, и Яна едва не упала в чахлые кусты.
— Как жаль, что у меня уже есть Ангелина, — притворно вздохнул Януш. — Вот честное слово, если бы не был я связан обещаниями любви и верности… ух, сразу бы под венец!
Яна надулась, — все о своей Ангелине! — но тут же решила отложить обиды на потом.
— Ангелина, как мне кажется, даже не заметит, если ты ее бросишь.
Януш, сегодня, видимо, действительно уставший от нежелания своей девушки участвовать хоть в чем-нибудь, с долей самоиронии и болью в голосе добавил:
— Может, даже обрадуется, что я перестал ее отвлекать.
Тут Яна мигом почувствовала, что брату нужна поддержка, и это важнее, чем просватать ему Милу, поэтому доверчиво повисла у Януша на плече:
