Черт побери! Под угрозой срыва был очень важный танец. У Тальи пока не было дублерши, а это означало, что вместо нее придется танцевать Лане. Она сразу забыла о Калани, ей следовало быстрее переодеваться для следующего номера.
– Иди к музыкантам и скажи Райану, что я танцую вместо Калли.
Талья кивнула и направилась к оркестровой яме справа от сцены. Лана вернулась в раздевалку, чтобы надеть танцевальный костюм Калли. Это были платье из струящейся белой ткани и венок из белых орхидей. При виде костюма у Ланы заныло сердце – она вспомнила день своей свадьбы. Она быстро надела костюм. Она не могла дождаться, когда наконец исполнит новый номер и переоденется в обычную одежду.
Лана вышла на сцену. Она была единственной танцовщицей в этом номере. Постановка немного отличалась от остальных. Райан должен был стоять у Ланы за спиной и во время ее танца петь песню «Волшебный вечер» из мюзикла «Южный Тихий океан». Песня стала мгновенным хитом и демонстрировала певческий талант Райана.
К счастью, Лане не надо петь. Она должна просто танцевать и в конце танца оказаться в объятиях Райана – как раз перед тем, как погаснут софиты. Это был обычный номер, который требовал от Ланы ее навыков в современном и балетном танце.
Музыканты заиграли песню, и Лана стала ждать отрывка, во время которого ей следовало начать танец. Она смотрела в толпу, стараясь не думать о Калани. Когда Райан запел, в ее жилах застыла кровь. Что-то пошло не так. Это был не голос Райана. Голос был достаточно приятным, но он явно принадлежал непрофессионалу.
К сожалению, она целую минуту не могла повернуться лицом к певцу. Она танцевала, слушая, как он поет о том, как заметил ее в переполненной людьми комнате и влюбился в нее.
В конце концов Лана развернулась и посмотрела на своего партнера. Перед ней был Калани, одетый в белый льняной костюм Райана.
Она застыла на месте. Он стоял и напевал слова любви к ней. Лана не понимала, что происходит. Она не видела Калани целую неделю, а теперь он появился в ее шоу, не сказав ей ни о чем. Лана даже не знала, что Калани умеет петь.
Она сказала себе, что в любом случае это не имеет значения. Закончив номер, она затащит Калани за кулисы и отчитает его за то, что он поставил ее в дурацкое положение. Она потянулась к нему с тоской, потом отвернулась и закружилась по сцене, ее платье развевалось. Она боялась заключительных слов песни, зная, что она должна с любовью посмотреть в глаза Калани, который поет ей серенаду. Скорее всего, именно сегодня она спасует и поведет себя не как профессиональный танцор.
Он запел последний куплет, и она медленно пошла к нему. Она сглотнула, глядя ему в глаза, и увидела серьезное выражение его лица. Казалось, он искренен в каждом слове, которое пел Лане о поиске истинной любви. Она старалась не строить иллюзий.
Он обнял ее и взглянул на нее сверху вниз, будто они не были на сцене в окружении сотен людей. Он допел последние слова песни, глядя Лане в глаза.
Музыка стихла, и раздались бурные аплодисменты. Лана ожидала, что Калани отпустит ее, но он произнес:
– Я не хочу идти по жизни один. Я хочу быть с тобой.
Лана не знала, что сказать. Но даже если бы она знала, то не желала говорить об этом вслух. Калани был с микрофоном, и каждое его слово транслировалось на всю аудиторию.
– Ты не веришь в то, что говоришь, Калани, – прошептала она.
– Если бы я в это не верил, разве я вышел бы на сцену и стал бы петь? Разве я убедил бы твою танцовщицу притвориться больной, чтобы ты танцевала вместо нее?
Итак, все оказалось подстроено. Лана повернула голову и заметила свою танцевальную команду, в том числе и вполне здоровую Калли, которая поглядывала на нее с тревогой из-за кулисы. Лана зажмурилась и постаралась понять, что происходит. Во дворе стояла такая тишина, что слышался плеск волн.
– Я затеял все это потому, что хотел сказать тебе и всем присутствующим на этом шоу, как сильно люблю тебя, Лана, – продолжал Калани.
Она в недоумении покачала головой:
– Ты мог бы сказать мне об этом наедине.
– Мы оба знаем, что это нам не поможет. Мне нужны свидетели. Я хочу, чтобы ты знала, что я настроен серьезно. И я не желаю, чтобы ты сбежала. Ты обязана выслушать все, что я должен тебе сказать.
Лана напряглась в его руках. Он был прав, приперев ее к стенке. Но зачем откровенничать с ней на сцене?
– Я не позволю тебе избавиться от меня, – сказал Калани. – После того как ты ушла, я переживал сущий ад. Я не хочу возвращаться к тому, как все было. Я не желаю жить один в этом большом доме. Я хочу семью. Настоящую семью. Такую, какая есть у моего брата. Какая была у моих родителей. Я хочу, чтобы у нас с тобой была семья.
– Ты не веришь в то, что говоришь, – ответила она. – Ты просто перепутал нашу дружбу с какими-то другими отношениями.
– Ты мой друг, – сказал он. – Ты мой лучший друг. Но еще ты любовь всей моей жизни, и я ничего не путаю. Я не соглашусь на меньшее. Ты будешь моей женой до конца моей жизни.
