— Вы понимаете, что после всего что со мной случилось… — щечки панночки заалели еще больше. — Я не могу вернутся в родной город. Да и не ждет меня там никто… Я сирота. Выросла в обители кармелиток. Имение наше, матушка перед смертью, монастырю отписала, а меня им на воспитание отдала. Мне и десяти лет не было… Да только перед самим постригом я сбежать успела. Сестры меня и не искали даже…
Я понимающе кивнул. И в самом деле — чего им беспокоиться? Послушницей больше, послушницей меньше… Имение все равно у них остается. А что глупая девчушка пропадет в этом мире ни за понюшку табака, так сама виновата.
— Сперва я пристала к бродячему цирку… Но долго у них не задержалась, оказалось, что девушке в моем возрасте слишком поздно начинать обучение, и артистку из меня сделать не удастся. Потом мне повезло больше — я встретила фрау Хельгу. Маркитантку при обозе шведских наемников. Фрау недавно потеряла семью и приютила меня, как родную. Так я и ходила с ней вслед за армией целых три года. Пока, однажды, наш обоз не разграбили лисовчики…
Панночка немножко помолчала, позволяя нам самим догадаться о той участи, что ее ждала в руках отряда польских наемников.
— Я осталась жива только благодаря тому, что понравилась их атаману, и он почти месяц держал меня только для себя…
Агнешка еще раз утихла, словно собиралась с силами и продолжила.
— Именно в тот день поняла — одинокой девушке, без надежного мужского плеча, не выжить. Пан Ежи был настоящей свиньей… Особенно, когда напивался… И однажды ночью, когда он валялся вдрызг пьяным, я перерезала ему горло и сбежала, прихватив все, что нашла в шатре. Не так много, чтобы хватило на безбедную жизнь, но достаточно, чтобы начать ее заново. В городе, где никто меня не знал… А еще через полгода, я встретила Виктора. Он был так мил и заботлив, что я не смогла устоять…
Девушка говорила тихо и не поднимая глаз. Было заметно, что это откровение дается ей с трудом.
— Скажу как на духу… Я не влюбилась в Виктора, но ответила взаимностью, потому что он, в сравнении со всей той грязью, какой мне виделись остальные мужчины, был почти персонажем из мечты. И я уже думала…
Агнешка тихонько всхлипнула, что позволило испанцу приобнять ее и погладить по голове.
— Но тут появился Сергий! Огромный, как медведь. Мощный, надежный, как скала. И щедрый, как святой Николай. И я влюбилась… Потеряла голову. Бросила ради него все, готовая идти на край света… — девушка всхлипнула еще раз. — Там и оказалась. Только не в объятиях любимого, а наложницей мурзы.
Теперь одним всхлипом не обошлось, глаза тоже повлажнели, вот-вот слезы хлынут.
Черт, и поверить хочется, и не дает что-то. Слишком уж часто она поглядывает на меня украдкой, словно реакцию на услышанное изучает. Ну, хватит, спектакль это или исповедь, а надо тему закрывать. Да, вот такой я бесчувственный чурбан.
— Сударыня. Я весьма вам соболезную, но посмотрите на невзгоды, выпавшие на вашу долю, как испытания. Наградой за которые стала встреча с Виктором. Согласитесь — это гораздо невероятнее, чем обман и предательство.
