Чье именно, уточнять не будем. У каждой кошки свое сало в шкафу.
— Да, мой друг! — горячо вскричал испанец. — Наша встреча истинное чудо! И поэтому, мы хотим просить у тебя разрешения остаться в отряде.
— Агнешке?...
Сказать, что я удивился — все равно что ничего не сказать. Хотя, трезво рассуждая, чем не вариант. А ну, глянем на ее умения? Ого! Удивила красотка. Впрочем — монастырь, цирк, маркитантский обоз. Та еще школа жизни. Сила и ловкость, как и следовало ожидать — двоечка. Зато интеллект и харизма по «30». Верховая езда — «4». Сбор трофеев — «7». Логистика — «10». Убеждение — «8». Содержание пленных — «8». Торговля — «9».
Черт… Вполне прилично. Вот только не перебор ли? «Три сестрицы под окном пряли поздно вечерком…» Какое-то бабское войско получается. Как бойцы на этот походный гарем посмотрят? Не начнутся ли напряги на почве любви и ревности? Не зря запорожцы баб даже на порог Сечи не пускали. А с другой стороны, ни одна из девушек пока проблем не создавала. Наоборот, все в масть. Особенно, Иридия… Глядя как амазонка управляется с луком и держится в седле — мужчины тоже стали меньше бока отлеживать, все свободное время уделяя стрельбе, фехтованию и джигитовке.
Оксана, та и вовсе вездесущая. Тому мазь к ране приложит, тому зубы заговорит. Того просто разговором успокоит. Мелисса… О послушнице храма ночи вообще отдельный разговор. Похоже, она назначила себя моим телохранителем. И днем, и ночью ни на шаг не отходит. Особенно, после того сна о тайной тюрьме инквизиции.
Ладно, уговорили…
— Хорошо, — о как сразу повеселели оба. — Но с одним условием. Панночка остается в отряде до тех пор, пока вы вместе и друг другу верите. Любое сомнение, проявление ревности, даже самый невинный флирт с кем-то еще — уйдете оба. Навсегда. И второго разговора на эту тему не будет. А если, по ее вине, случится в отряде заваруха — я ее убью. Согласны?
— Да…
Кто бы сомневался в ответе испанца. А вот панночка призадумалась. Понимала, я не шучу. И жалостливые взгляды на меня не подействуют.
— А если они сами… — неуверенный взгляд в сторону казаков.
Вот с этого, обычно, все и начинается. «Невиноватая я, он сам пришел»
— Мне скажешь… — Мелисса легонько прикоснулась к моему плечу, всего на мгновение опережая резкий ответ. — Я научу, как сделать так, чтобы больше ни у кого не возникало даже мысли осквернить чужую любовь.
А, ну если так, то конечно… Тогда я спокоен. Случайно видел, как один из казаков пытался отвести сестру к ближайшим зеленым насаждениям. И с какой смущенной мордой он передумал, не пройдя в обнимку с Мелиссой даже половины пути. «Пчелка» умела не только мед собирать, но и жалила больно.
На том и порешили. А еще через час два обоза с освобожденными трудовым крестьянством отправился к месту назначения. Как и было задумано — переселенцев в Пороги сопровождали ополченцы и реестровые казаки. Все равно они люди подневольные, над собой не властные. Обязаны в полки вернутся. Мне их удерживать не с руки.
