— Не выяснил, — покачал головой Дикий. — Сегодня как-то резко не до нее стало. Утром история с Галей приключилась, потом стычка с орденом, следом бои в подземельях, просто из головы вылетело. Пока ты не сказала, я и не вспоминал про нее, да и фоторобот оказался уничтожен. А вообще, надо плотно этой темой заняться, не нравится мне то, что произошло, но я пока не представляю, что случилось с этой ведьмой. Однако, если она наберет силы, мы поимеем крупные проблемы.
— Что ты сжег? Гарью пахнет, — сморщив нос, поинтересовалась Ольга, переступив порог квартиры.
— Это не я, это меня слегка поджарили, — весело ответил Радим. — Досталось мне в рейде, кольчугу в ремонт, а воняет поддоспешник, от куртки вообще ничего не уцелело. Завтра надо будет посидеть на маркетплейсе и заказать себе пару новых комплектов камуфляжа, чтобы ходить в зазеркалье, а то у меня все кончилось. Телефону служебному хана пришла, только симка уцелела. Но Старостин обещал новый выдать.
Ольга, не разуваясь, прошла в спальню, где было единственное ростовое зеркало, бросила взгляд на то, что осталось от снаряжения, и по ее лицу пробежала тень беспокойства.
— Жарко было?
Радим кивнул.
— Потеряли штурмовика из зеркальщиков Старостина, еще двоих чудом откачали. Хороший мужик был, грамотный силовик, я с ним в первый рейд в зеркальный мир ходил.
— Мне жаль, — коснувшись руки Радима, произнесла Ольга.
— Мне тоже, — согласился Вяземский, после чего быстро нарисовал руну пути, ориентируясь на свой маяк, и отправил девушку домой.
В квартире он не задержался, разве что вытащил воняющие паленым вещи на балкон, упаковав их предварительно в пару внушительных пакетов для мусора. Переодевшись по миланской погоде, — там, в отличие от Энска, было почти двадцать градусов, и прихватив пару тысяч евро, он перешел к Ольге.
Услышав звук воды в ванной, он улыбнулся и, поняв, что раньше, чем через час они никуда не отправятся, устроился на лоджии с айкосом и зеркалом фрейлины, требовалось найти тихое место для перехода.
Такое нашлось в примерочной маленького бутика на краю торговой улочки, в самом магазине была одна продавщица, которая в отсутствие клиентов скучала в задней комнате, смотря по планшету какой-то сериал.
— Я готова, — раздался за спиной голос Ольги.
Радим обернулся. Та стояла в легком светлом платьице с маленькой белой сумочкой и в босоножках.
— Как я? — поинтересовалась она, слегка покружившись так, что легкий подол приоткрыл бедра.
— Ты прекрасна, — поднявшись и приобняв девушку за талию, Радим поцеловал ее в щеку, избегая накрашенных губ, не любил он есть помаду, да и Бушуева наверняка возмутится, что ей снова придется обновлять макияж. — Все, пошли, а то там реально скоро ночь настанет. Паспорт свой левый взяла?
Ольга кивнула.
— Тогда вперед.
И Радим принялся рисовать руну пути. Три минуты, и они вышли в примерочной того самого маленького магазина, из которого они незаметно выскочили на улицу. Единственное, что сказало о том, что они в нем побывали, колокольчик над дверью. Правда, Вяземского беспокоили камеры в зале, коих было две, но он сомневался, что кто-то будет просматривать запись, если ничего не пропадет.
Над Миланом сгущались сумерки. Каменные мостовые, узкие улочки, яркие витрины магазинов, в которые они заходили. Вскоре в руках у Радима появились первые пакеты. Единственным минусом он видел преобладающее количество мигрантов — африканцы, арабы, а вот белые попадались все реже. Конечно, еще слышалась итальянская речь, но ее было куда как меньше английской или арабской. Либеральная Европа, презрев здравый смысл, загибалась под массой мигрантов, и теперь пройдет каких-то десять-двадцать лет, может, чуть больше, и на месте Италии, Франции, Германии, да и всего ЕС, будет новый халифат, погружающийся в пучину дикости.
Ужинали в небольшом кафе с видом на замок Сфорца. Ольга получила свою пасту с морепродуктами, а Радим баловался настоящей итальянской пиццей. Правда не рассчитал и заказал слишком большую, и съесть он ее не смог бы при всем желании, но официант принес коробку и упаковал половину с собой.
Проблему Радим засек, когда они принялись искать тихое место, чтобы вернуться обратно. Парень, идущий шагах в десяти за ними, повторил маневр, это Вяземскому очень не понравилось. Какое-то время они шли, соблюдая дистанцию, но вскоре Дикому это надоело.
— Нас, похоже, пасут, — шепнул он Ольге, приобнимая ее свободной рукой за талию. — Надо проверить. Сейчас я тебя прижму к стене и начну целовать, посмотрим, как среагирует парнишка, что упал нам на хвост.
Радим резко, словно страсть в нем вспыхнула, слегка толкнул Бушуеву к стене, обнял за талию и впился губами в ее. Паренек, что тащился следом, прошел всего в шаге у него за спиной, даже слегка задел рукой, но вскоре он свернул в какую-то боковую улочку и скрылся с глаз.
— Твоя паранойя обычно обоснована, но сегодня ты промахнулся, — рассмеялась Ольга.
Радим кивнул, потом его лицо потемнело, и он сунул руку в задний карман штанов.
