Все это время Никита был рядом. Разговоров о "нас" больше не было. Не были ли его громкие слова самым обычным планом, чтобы растопить холодное девичье сердце? Я старалась, как можно дальше, отгонять эти мысли, его действия говорили о многом.
Иногда я так увлекалась разговором с Никитой, что не замечала, как мои руки оказывались в его ладонях. Никита выводил пальцами узоры на моей коже. Эти действия казались до боли простым и таким привычным. Невольно я улыбалась, когда призрак будто невзначай касался меня. Я стала сама на себя не похожа. Стала тянуться за столь желанными прикосновениями.
А потом он изменился. Будто ниточка, связывающая нас оборвалась. Никита был хмурым и задумчивым. На мои вопросы никак не реагировал. Я не приставала с расспросами, думала погрустит несколько дней и вновь станет прежним.
Неделю назад он покинул клуб ничего нам не сказав. Молча встал из-за стола и ушел. Больше его никто не видел. Я успела привязаться к нему. Его случайные прикосновения стали обязательной частью моего дня. И когда я перестала ощущать его присутствие, мне стало некомфортно. Будто вместе с ним исчезла что-то очень важное, частичка меня.
— Переживаешь?
Да. Очень переживаю, что он не вернется… ко мне. Мысленно споткнулась об эту фразу. А могу ли я заявлять на него свои права?
— Немного. — Небрежно повела плечами и отвела глаза в сторону, избегая язвительного взгляда подруги.
За такой короткий период границы непонимания между нами исчезли, мы сблизились. Я доверяла ей. Не на столько, как она того желала, но у нас еще столько времени впереди. Все изменится и обязательно в лучшую сторону.
— Значит, сильно. Может уже признаешься ему?
— В чем?
— Ну, хотя бы в том, что он тебе нравится. А можешь сразу сказать, что ты втюрилась в него по самые помидоры.
— Не говори глупости.
Насупилась, но ненадолго. В конце коридора увидела знакомый силуэт. Губы тронула улыбка.
— Вот об этом я и говорю. У тебя глаза горят, когда ты смотришь на него.
Улыбка исчезла, а сладостное предвкушение сменилось неподдельной тревогой. За Никитой по пятам следовал Костя.
До нас Никита не дошел, свернул на танцплощадку к парням. Мне только и оставалось, что проводить его взглядом. Легкая обида зародилась в груди, но я тут же задавила ее. Не время раскисать.
— Привет. — Киваю головой в ответ Косте. — Мы можем поговорить наедине?
Единственное относительно тихим местом оказался балкон. На Костю я старалась не смотреть.
— Я тебя слушаю.
Морально приготовилась услышать извинения и слова сожаления.
— Попроси Никиту, чтобы он помог мне.
— Что?
Я смотрела на парня с широко распахнутыми глазам и отказывалась верить в услышанное. Он пришел, чтобы я попросила Никиту о помощи? Может, мне послышалось?
— Пожалуйста.
Нет, не послышалось.
— Это все, о чем ты хотел поговорить?
Скрепляю руки на груди и сердито смотрю на Костю. Наглости ему не занимать.
— Прости.
Это было сказано с таким лицом, что сразу понятно, вины своей он не признается. А банальное "прости" — средство достижения цели.
— Нет. — Прищуривает глаза. — Иди сам и попроси его о помощи. Руки, ноги есть. Язык не отрезан. Удачи.
Хочу обойти дугой Костю, но он предвидев мои манипуляции, перегораживает дорогу.
— Отойди.
— Мне очень нужна его помощь.
— А я тут при чем?
— Некит отказался помогать мне. Но, если его попросишь ты, он не сможет отказать тебе.
— С чего ты это взял?
— Я видел, как он смотрел на тебя в больнице. И я видел его с тобой в парке. — Костя тряхнул головой, будто отгонял ненужное видение. — Когда-то я смотрел на тебя также.
Сжимаю пальцами кожу на руке, чтобы немного привести себя в чувства и не врезать по этой наглой морде.
— Нет, не смотрел. Ты никогда не смотрел на меня влюбленными глазами.
— Ты просто не видела.
Фыркаю и отступаю на шаг.
— И что же изменилось?
— Я изменился. — Немного подумав, добавил. — И ты изменилась.
Поджимаю губы. Костю не переубедить. Хочет считать меня виноватой в аварии, пусть так и будет. Надоело надеяться на его благоразумие.
— Ммм. Ну, ладно.
— Так ты попросишь его?
— Назови мне хоть одну причину из-за которой я должна тебе помогать?
— Варя.
Развожу руки в стороны.
— Меня это не касается.
Я почти покинула балкон, когда Костя схватил меня за плечи и прижал спиной к своей груди.
— Маша, пожалуйста. Мать сделает все, чтобы избавиться от моей сестры. Ей не нужен ребенок. Только деньги. Я уверен, это она убила наших отцов.
— Доказательства?
Я чувствовала спиной, как Костя отрицательно машет головой.
— Проси, что хочешь.
— Очень опрометчиво с твоей стороны говорить такое девушке, которую обидел. Почему именно Никита?
— Я видел, как он развлекался с живыми, пугал их.
Поворачиваю голову к Косте и с неподдельным удивлением смотрю на него.
— Ты не знала? — Темные густые брови ползут на лоб от удивления. — Он может становиться видимым для людей. Зрелище не для слабонервных, я тебе скажу.
Я была шокирована. Получается Никита веселился с какими-то призраками, пугая людей. Вот где он все это время пропадал. Развлекался, пока я себе места не находила. Сколько ему на самом деле лет?
— Ты поможешь?
