Встречаю будущего баскетболиста NBA, близнеца Фелтон, в котором легко разгадываю Адама. Наши отцы работают вместе, имеют общих знакомых. Несколько раз в детстве мы проводили время у дяди Рида. И я не обманываю себя — мне нравится этот парень больше, чем остальные, в нем собрано всё, что мне нужно: статус, баскетбол, мужественность для нашего подросткового возраста и харизма. У Адама красивые карие глаза, цвет которых сейчас не разглядеть из-за слабого освещения.
— Привет. — моя выдержка стекает.
— Не думал тебя здесь увидеть.
— Стелла. — коротко отвечаю и наконец нахожу блондинку, но не спешу к ней — А ты? Мы оба нелегальные гости.
— Рыцари. — столь же многословно — Пригласили всю команду.
Он смотрит на старших игроков, усмехающихся нам.
— Значит, капитан молодежной команды Chicago Bulls и Академия Винкри.
— Команда еще ничего не подтвердила, так что не разбрасываюсь статусом.
— Я собираюсь на FIBA. — международные матчи в Женеве — Ты признаешь 3х3?
— Не удалось найти подходящего третьего для связки.
— Ну конечно… — улыбаюсь — Это должно быть классно иметь близнеца?
— Далеко не всегда. Сейчас я старательно делаю вид, что не замечаю, как Бен напивается на пирсе.
— Он умеет плавать?
— Да.
— Тогда волноваться не о чем. — пожимаю плечами.
Пытаюсь не показывать радости от того, что мне удалось вызвать смех Адама Фелтона. Он на мгновение уходит и возвращается с красными стаканами пива или сидра. Я девочка, которая пила пару раз и то просекко за тысячу долларов. И все равно поглощаю две порции за разговором с баскетболистом.
— Тележурналисткой. — отвечаю на вопрос о своей мечте, когда находим свободное кресло и сидим вплотную — Я бы хотела вести репортажи о баскетболе. Разумеется, не комментировать, но брать интервью, быть рядом с площадкой.
— Ты в любом случае всегда будешь иметь возможность говорить с игроками Boston Celtics — папа недавно пополнил пакет акций — и Chicago Bulls. Так же, как иметь места рядом с кортом.
— Я не хочу, чтобы меня приглашали, Адам.
Поворачиваюсь, почти оседлав его ногу.
— Хочу так же, как вы, баскетболисты, заслужить право находиться там. Это может звучать глупо, но как минимум, потешит самолюбие. Я люблю баскетбол… — у меня пересыхает в горле, когда Адам в очередной раз касается меня, проводит рукой по талии — потому что он связан с мечтой и людьми, которые мне дороги.
— Такие как ты, Квин, не должны произносить слово мечта. Для них есть только цели.
Качаю головой.
— Это не так… МакГраты не настолько лояльны, как твои родители. Старые деньги, поместья, фамильные драгоценности, договорные браки. — мы смеемся с последнего — Так что… в такое можно только немного поиграть.
— Ты лучшая студентка курса, Квин. Способная, восхитительная. — он наклоняется ко мне — Никогда не поверю, что ты позволишь сделать за себя выбор.
— Выбор… — зачем-то повторяю, облизывая губы.
Адам второй парень, с которым я целуюсь. И у меня в голове мысль, что на нас обоих запах хмеля и чуть заплывшее сознание. В моей груди слишком много эмоций, а между ног незнакомый жар, пусть я и не стесняюсь доставлять себе удовольствие в постели. Это почти пугает.
Я не знаю, почему через еще полчаса киваю на молчаливый вопрос и иду за Адамом на второй этаж, обходя парней, с которыми тот коротко здоровается.
Наконец мы в чьей-то спальне.
Боже… мне шестнадцать, я еще никогда… есть ли у него презерватив, действительно ли это так больно? У Адама был секс до этого?
К черту. Я готова. Наверное. Точно готова. Если подумать, то какой момент более подходящий, чем сейчас? На крутой вечеринке выпускников с баскетболистом, который привлекал меня весь первый курс.
Вопреки ожидаемой страсти даже при легком опьянении, мне неловко, я почти рациональна.
Адам умело целует меня, проходится руками по оголенным частям бедер, не залезая под юбку. Чувствую, что дрожу, но не от нервов, я никогда не испытывала такого возбуждения. И да… он снимает футболку, чтобы оголить идеальное спортивное тело с четкими кубиками, полосами мышц, спускающимися под джинсы. И когда я прикасаюсь, ожидаю обжечься, но нет, только приятное тепло твердого тела. Не понимаю, когда оказываюсь верхом на Адаме и низ плотного платья поднимается вверх, оголяя трусики. В них специально мало тонкой ткани, чтобы не просвечивали под нарядом. И да — они промокли.
— Квин, ты можешь просто сказ…
— Нет. — давлю на его грудь, заставляя лечь — То есть да… я хочу.
— Я хотел этого слишком давно, но такая красивая и милая… — он легко находит руками молнию платья — А здесь…
— Я пыталась сойти за свою. — щеки горят.
— Ледяная королева, которую хотят все. Ты это прекрасно знаешь.
Он притягивает к себе за затылок, целует, поглощая. Я чуть двигаю вперед, Адам стонет. Понимаю, что трусь об его джинсы. Парень одной рукой проникает вниз, и теперь из меня вырывается вскрик, а затем слышится разъезд молнии ширинки.
— Боже мой. — я опираюсь на твердый торс, откидываю голову назад.
