– У меня нет времени бегать за тобой и добиваться какой-то благосклонности. Поэтому сразу предлагаю начать встречаться. Но у меня есть условия. Мы будем видеться только тогда, когда мне это будет удобно и только на моей территории. Ещё принесешь справку от гинеколога, что абсолютно здорова.– Вижу, ты уже все распланировал. Позволь узнать, какую выгоду из всего этого получу я?– Меня. И деньги. Я могу быть очень щедрым, не переживай.– Я похожа на нуждающуюся? Или, возможно, ты меня спутал с проституткой?– Значит, нет?– Нет. Как тебе вообще могло прийти в голову подобное предложение? Ты привык мерить благосклонность деньгами?– Все продаются и все покупаются.– А какая твоя цена? Озвучь. Возможно, она слишком завышена и тогда стоит пересчитать…
Клуб. Время близится к полуночи. Я распахиваю vip кабинку и, на ходу поправляя рубашку, плетусь к бару. Смазливая брюнетка сполна отработала каждый доллар, дважды доводя меня до грани за последний час. Она просила остаться и даже не собиралась брать деньги, но я был непреклонен. Мне не нужны постоянные связи. Все на один раз и не больше.
Падаю на высокий стул и заказываю у бармена двойной виски со льдом. Бездумно оглядываюсь по сторонам, наблюдая за посетителями клуба. Пьяная молодежь. Кто-то кого-то лапает, кто-то перед кем-то заискивает и лишь она сидит на соседнем стуле, ощущая себя не в своей тарелке. Я невольно скольжу взглядом по овалу девичьего лица, цепляясь за острые скулы и курносый носик. Девушка меня не видит и продолжает сжимать пальчиками стакан с прозрачной жидкостью. Вода? Удивительно. Прийти в ночной клуб, чтобы выпить стакан воды – это что-то новенькое.
– Максим Олегович, – тяжелая ладонь опускается на мое плечо. Оборачиваюсь. – Босс ждет Вас в своем кабинете.
Я киваю в ответ головой. Выпиваю виски почти залпом. Босс… Кидаю на барную стойку пару банкнот за выпивку. Мне не нужны подачки от Олега. Это его клуб, а клиент здесь я. Товарно-рыночные отношения и ничего больше.
Прохожу в тёмный коридор, следуя за охраной. Даже под плотным слоем пиджака я в состоянии различить кобуру на теле здоровяка. Олег по-прежнему живёт девяностыми. Где бы он не находился, его всегда будут окружать бритоголовые "шкафы", держащие руку на пульсе. Это выглядит излишним, честное слово. Двадцать первый век. Времена "стрелок" давно позади, но, видимо, Олег не наигрался в лихие годы.
– Почему ты не позвонил? – Раздается властный тон едва я переступаю порог кабинета.
– Зачем?
– Макс, ты сейчас издеваешься? – Олег поднимается с кресла и, широко раскинув плечи, делает шаг в мою сторону. – Не хочешь обнять отца?
– Нет. – Коротко бросаю я, усаживаясь на край стола по привычке, чем вызываю недоумение на лице Олега.
– Ты не изменился. Разве только возмужал, стал шире, но вот повадки остались детскими. Когда ты повзрослеешь, Максим?
– Философствуешь? Бесполезно. Зачем ты меня позвал?
– Выпьем? – Я киваю в ответ головой и смиренно жду, пока Олег подойдет к бару и достанет бутылку, а затем разольет янтарную жидкость по двум бокалам. – Рассказывай. Как дела, чем занимался в Нью-Йорке, как мать, какие планы на будущее?
Я криво ухмыляюсь и молча тяну виски. Олег не сводит с меня пристального взгляда. Проницательно смотрит, изучает.
– Давай не будем об этом, о’кей? – Мой ответ вызывает недоумение. Олег поднимает брови, а затем щурит глаза, пытаясь что-то разглядеть для себя.
– Ты до сих пор меня ненавидишь?
– Есть повод так думать?
– Да, сын. Есть повод. Ты игнорировал меня семь лет, но сегодня пришел в мой клуб в то время, как я считал, что ты до сих пор живешь в Америке. Ты когда-нибудь меня простишь?
– Я не держу на тебя зла, Олег. – Коротко бросаю я, стараясь не смотреть в сторону родителя.
– Олег… Олег… Разве трудно называть меня «отец»?
– У тебя есть, кому называть отцом. – Олег громко вздыхает и устало потирает лоб.
Мы пьем в тишине. Олег тихо скребет зубами от злости, а я наслаждаюсь его реакцией, внутренне ликуя. Значит, задел его. Значит, у него есть совесть. Только сейчас ничего не имеет значения.
– Ты уже нашел работу? – Олег прерывает мои размышления.
– Нет.
– Тогда я хочу предложить тебе одно дело. Пообещай, что подумаешь.
– Прострелить кому-то башку? Нет. Спасибо, – я негромко смеюсь, вызывая хищный оскал на лице Олега.
– Не дерзи, сын. Я тебе помочь хочу, как отец. Давай завтра встретимся. Приедешь домой?
– У меня нет дома.
– Есть, Макс. Мой дом - твой дом. Я хочу познакомить тебя с братом и сестрой. Ты же так и не видел их ни разу за шесть лет.
Я поднимаю взгляд на Олега и перестаю улыбаться, замечая на его лице подобие надежды. Он искренне верит в то, что мы сможем наладить отношения.
– Я подумаю. Ладно. Извини, пойду, – встаю со стола и, не прощаясь, подхожу к двери.
– Макс, – зовет Олег и я оборачиваюсь через плечо. – Ты нужен мне, сын. Я люблю тебя. Помни это.
Киваю головой в ответ и, молча, ухожу. Ну, надо же. Олег сказал такие громкие слова. Неожиданно, но… не трогает. Не задевает ни одну струну в душе.
