Теперь надо действовать споро. Кровь привлечет хищников. Вся туша антилопы ему не нужна, поесть да завялить мясо в листьях элоа[33]. Он отделил от нилу приличный кусок, захватил вещи и удалился от убитого животного.
Через час букер вырыл глубокую яму, развел костер и накрыл его ветками. На ветки положил мясо, и оно готовилось на дыму. Несколько кусков завернул в элоа. К утру мясо обретет пряный и неповторимый вкус, и на ближайшие два дня можно забыть о поиске пропитания. В племени использовали десятки рецептов вяления мяса: и в соли, и в соляном растворе, и в настойках. Еще неплохо подходили листья рагунда[34]: в них любая пища хранилась неделями, а эффект не уступал элоа.
Пока ужин пропекался и подрумянивался, Витт сидел под светом луны. Светило погружало в мрачные мысли об Авере и Майе. Букер не представлял племя без целителя и его дочери, и если ему предначертано судьбой вернуться в долину Кио, то он приведет Майю обратно. Но как обойтись без еженедельных прогулок с Авером, без дружеских советов старца и без хладнокровия мудрого элена, умеющего прощать ошибки и давать шанс исправиться? Разве кто-то заменит его за спиной Стама, чья горячность порой аукается нелогичными поступками?
Решение целителя покинуть букеров в предвоенный период поразило воина. После Ночи Прощания Витт много размышлял на данную тему, разбирая ситуацию по косточкам, будто освежеванную тушу, а перед сном прокручивал случившееся снова и снова. Стам отпустил Авера. Звучало как бред заболевшего горячкой, а от горячки Авер умел излечивать. Что произошло между двумя товарищами, если один хлопнул дверью, а второй его не удержал? Воин не верил, что виноват он, и целитель обиделся на то, что вождь избрал Витта для похода к Тату. Стам на то и вождь, чтобы принимать решение самостоятельно, он может и не прислушиваться к советам старейшин. И пусть ни Витт, ни Авер не согласны с тем, что сходить на поклон к чернокнижнику – верная идея, они не несут ответственности за букеров. Может, случилось что-то более серьезное, о чем умолчали и вождь, и целитель. Что – можно лишь догадываться.
Витт потыкал мясо ножом и перевернул. На языке вертелось слово «предательство», но к кому из двоих его отнести? Стам придумывает затею с походом в Тартум, затем устраивает состязания на Главного Воина и выгоняет из племени ближайшего соратника. Авер не поддерживает вождя, говорит ему это в лицо и объявляет об уходе из племени, которое стало родным. Или не стало???
Букер снял мясо с веток. Луна не отвечала на его вопросы. Никто на них не отвечал. Витт подкрепил силы, соорудил шалаш, затушил огонь и лег. Сегодня он прошел тысяч тридцать шагов, устал и мечтал об отдыхе. Тянуло ко сну, но как только он закрыл глаза, мысли были тут как тут.
– Как же избавиться от них? – проворчал воин.
Ему снилась Майя. Она сидела на лугу, окруженная цветами. Вместо белой ленты девушка заплела венок из фиолетовых и желтых цветков. Ветер кружил ее волосы. Словно дразнился. Майя звала к себе, что-то говорила, но Витт не слышал. Бежал к ней, но девушка не приближалась. Букер усиливал бег, не сдавался. Нет, далеко. Надо поднажать. Расстояние не сокращалось.
– Майя! – позвал он.
Ее губы двигались, с них слетали слова. Витт крикнул, что не понимает, пусть скажет громче, но девушка игнорировала просьбы.
Внезапно картинка увеличилась, ее лицо оказалось перед взором букера.
– Будь осторожен, – сказали она.
Он вздрогнул и проснулся. Что-то разбудило его: шорох или присутствие посторонних. Воин сконцентрировался на ночных звуках. Все замолкло. Подозрительно тихо. Когда ложился, кипела жизнь, а сейчас никто не пискнет. Букер осмотрелся. Деревья, кусты, трава. Лес в свете луны. Штиль – ни листка не шелохнулось. Что же побеспокоило? О чем предупредила Майя во сне?
Кто бы ни таился, букера он обнаружил. Витт ощущал, что находится будто бы на ладони. За ним наблюдали.
Прятки продолжались недолго. На ветках появились знакомые очертания пигмеев. Один, второй, третий. Как грибы после дождя они попадали под взор воина и брали его под прицел лука. Окружили со всех сторон. Неосторожное движение – и десятки стрел полетят в него.
– Брось меч! – приказали ему.
Он разжал кисть, и клинок упал на землю.
– Подними руки! – еще приказ.
Букер сосчитал пигмеев. Шестеро впереди, двое по бокам, четверо сзади. Итого двенадцать. К пояснице прислонился холодный металл, а до уха донесся звук натягиваемой тетивы. Витт выругался. «Вот и все, – подумал. – Оплошал, как неумелый мальчишка. Подвел своих. Дергаться не надо, вдруг получится удрать». Стоявший с луком пигмей закашлялся, и стрела заскребла по коже.
– Я могу тебя излечить, – сказал букер. – Ты болен бульканьем в легких. У меня есть лекарство.
– Нам не нужна отрава от убийцы.
– Я не убийца…
– Убийца и лжец! Ты убил Роба. Шаман узрел тебя на потухших глазах нашего брата, – сказал пигмей. – Ты последний, кто видел Роба.
– Но это не означает, что я – убийца! Он напал, я защищался. Мне что, подставить грудь под стрелу?! – разозлился Витт. – Он свалился на сук. Несчастный случай.
