— Гм… Как можно словами описать чувства?
— Вальтер, возможно, ты сейчас опять удивишься, но более половины художественной литературы — это именно описания чувств словами.
— Это не описания, а фигня какая-то! — припечатал Штеллен. — Люди чувствуют не так!
— А как чувствуют люди, на твой взгляд? — полюбопытствовал психоаналитик.
— Scheisse! Юхан, это чертовски сложно!
— Неужели? — удивился Эбо. — Ты ведь офицер разведслужбы, с опытом оперативника, аналитика, практического психолога, тебя этому учили, и ты 10 лет применял это!
— Вообще-то, 16 лет.
— Тем более! 16 лет практики. С анализом, с составлением рапортов и этих…Э-э…
— Объективок, — подсказал Штеллен.
— Да! И почему такая типовая задача кажется тебе сложной после всего этого?
— Scheisse! Пойми разницу, Юхан! Одно дело на работе, а другое дело в семье.
— Вот, — прокомментировал Эбо, — то-то и плохо, что в семье не применяются знания.
— Ладно, хватит возить меня мордой по столу! Помоги разобраться.
Психоаналитик кивнул в знак согласия, и спросил:
— Ты читал библию?
— Да, конечно. Я даже сдавал тест на спецкурсе по мировым религиям и сектам.
— В таком случае, ты, конечно, помнишь миф про Иова.
— Scheisse! — третий раз подряд выругался Штеллен. — Я догадываюсь, к чему ты сейчас клонишь! Жаки в рапорте по аргонавтам излагала эту их доктрину. Будто общество не рассматривает людей иначе, чем опции. И потому вместо первой семьи Иова, которая погибла, бог дал ему вторую семью. Будто заменил бытовую технику, сломавшуюся в гарантийный период. Что скажешь, я угадал твои намерения?
— Да, ты угадал и сэкономил время. Теперь я попробую дать совет. Если твои чувства относятся к этим конкретным людям, к Кристине и Хлое, то прежде всего, отдели эти чувства от опций. Арендуй жилье с пансионом и интимным сервисом…
— Стоп, Юхан, я что, похож на ботаника, неспособного найти подружку на ночь?
— Значит, просто с пансионом, — сказал Эбо. — Арендуй это, и сможешь строить новые отношения с близкими людьми, не смешивая их с опциями, доступными за деньги. Не относись к близким, как к части нормативной жизни, относись к ним, как к хобби.
— Как к хобби? — удивился Штеллен.
— Да, — психоаналитик улыбнулся. — Ведь хобби — это то, что мы делаем для себя, как для индивида-личности, а не как для стандартной единицы в социальной мегамашине.
На этой точке бригад-генерал вернулся от воспоминаний к текущему моменту. Вокруг кофейного столика продолжала кипеть политическая говорильня. Он подошел к кофе-машине, чтобы наполнить себе еще чашечку, а заодно — глянул, как там его опергруппа. Жаки Рюэ переместилась в секцию салона к репортерам TF1, добыла где-то игральные карты, и подбила их на преферанс. Поль Тарен остался на старом месте и разговаривал с кем-то по видео. Штеллен легко догадался, с кем именно. Хотя догадался лишь наполовину.
Майор-комиссар общался с Лаурой и Олли. Кстати, прилет сына из Канады 20 мая был сюрпризом для Лауры. Она приехала из Брюсселя домой в Лимоне поздним вечером и застала его за поеданием креветочного салата, оставшегося в холодильнике. Видите ли, ребенок решил спасти салат: утилизировать, чтоб не пропал. Лаура была рада, что сын приехал и что у него хороший аппетит, однако тогда (с 20 на 21 мая, в ночь истечения ультиматума Руди) ей было спокойнее знать, что Олли в Галифаксе, вдали от Европы. С точки зрения 18-летнего мальчишки ситуация выглядела иначе: в Европе ожидались прикольные события, а авиабилеты из Канады в Европу на 20 мая продавались с таким дисконтом, какого не бывало. «По цене обеда в фастфуде» (как выразился Олли). Если учесть, что рейсы из Европы летели набитые, а в Европу пустые, то цены логичные. И мальчишка считал этот вояж отличной темой: «нечасто выпадает шанс приколоться на Армагеддон так задешево». Эта фраза четко характеризовала Олли, как представителя поколения Z-плюс. Любое событие, ломающее тупой календарный конвейер — хотя бы катастрофа континентального масштаба — это лишь возможность «приколоться», снять «забойные» клипы, залить на видео-блог и поднять немного денег на показе рекламы. Гибель посторонних людей в катастрофах — безразлична поколению Z-плюс. Слишком навязчиво общество хотело от них какого-то альтруизма, и у них возник иммунитет…
В общем, мама и сын вместе встретили ночь Армагеддона, получив сначала изрядно адреналина от испуга, а затем еще более изрядно — от куража при катании и гулянии по окрестностям Лиона на фоне обвала цифровых сервисов. Они даже прокатились сотню километров до Гренобля, чтобы снять на видео живописно горящий дата-центр (самый крупный в регионе Рона-Альпы). Сомнительное развлечение удалось на славу…
