– Только такие извращенцы, как вы, можете рассматривать мою работу с такой точки зрения. Я торгую радостью и любовью!
– И на венки свежие цветы тоже хорошо идут, – решил поддержать Астру Константин, но, как оказалось, не совсем удачно.
Грянул гром и сверкнула молния.
– Твою дивизию! Это не просто дождь! Это же самая настоящая гроза! – почему-то радовался Геннадий Львович, словно дитя.
Астра, абсолютно мокрая и грязная, высунула бледное лицо из-под этого чертова домика, словно хотела смыть грязь хотя бы с лица.
– Ты куда? – полез за ней Константин.
Только старик, казалось, ничего не замечал, пребывая в нирване со своим приемником, прижатым к уху.
Астра с ужасом смотрела на темные, какие-то понурые кусты роз. Они стояли как стражи стройными рядами, охраняя вход в невидимый за́мок.
«Только за́мок-то уже погорел», – почему-то подумала Астра, хотя злой никогда не была.
Внезапно дверь дома открылась, явив миру шатающуюся фигуру Николя с бутылкой в руке. Несмотря на то что одет он был в бушлат и резиновые сапоги, Николая не ожидал увидеть такого разгула матушки-природы. Он грязно выругался и сделал несколько шагов вниз по ступенькам.
Константин с Астрой отъехали назад, благо по такой жиже сделать это было легко.
Надсмотрщик остановился у кустов, закурил, тут его рука нащупала железную проволоку, которую накрутил Геннадий Львович. Николя снова грязно выругался. Наверное, по-русски это звучало как-нибудь вроде:
– Твою мать! Что за хрень?
Николя вцепился в нее, чтобы узнать, куда она ведет, но тут шарахнула молния, и не куда-нибудь, а прямо в эту проволоку…
Астра не была медиком, но знала, что есть такая болезнь – пляска святого Витта. Похоже, что именно она и накрыла надсмотрщика. Николя трясло так, словно он был мультяшным героем, а от него в разные стороны отлетали куски одежды и, как казалось Астре, его самого. Вот зуб пролетел, а вот кусок его мохнатого уха…
Все произошло в считаные минуты.
– О господи… Костя, сделай же что-нибудь! – еле проговорила Астра.
Но делать уже было абсолютно нечего. Проволока-антенна превратилась в какой-то огненный жгут, пронизывающий тело Николая, несмотря на резиновые сапоги. Но самое главное – этот огненный провод тянулся к ним под дом, к приемнику, что Геннадий Львович прижал к уху, наслаждаясь музыкой. Астра с Костей переглянулись. И в этот момент раздался взрыв.
– Твою мать! – только и смог сказать Колосов.
А Астра только сейчас заметила, какие у него красивые, темные глаза. Хотя, возможно, виной тому был электрический разряд, который вошел в землю и подействовал и на них.
Все это буйство прекратилось ровно в тот момент, как молния перестала любить самодельную антенну.
Николя, от которого шел дым, словно тряпичная кукла, упал на землю и уставился на Астру огромными, выпученными глазами с красными прожилками. Но он не видел ее, она это четко осознавала. Внезапно Николя открыл рот и произнес что-то на болгарском. Астра ничего не поняла, кроме одного имени – Ядвига… На мгновение ей показалось, что сейчас глаза надсмотрщика выскочат из глазниц и покатятся по сырой земле. От ужаса у Астры, что называется, в зобу дыханье сперло, и она полезла под дом.
Костя в это время воевал с Геннадием Львовичем, пытаясь оторвать дымящийся приемник от его уха, но у него ничего не получалось.
Где-то наверху послышался треск.
– Похоже, пора выходить из подполья! – крикнул следователь.
– Чего? – не поняла Астра.
– Уноси ноги! Дом горит! Я вытащу Геннадия Львовича!
Только сейчас Астра заметила, что дом в самом деле полыхает. Глаза Астры расширились от ужаса, и она кинулась прочь.
Всех троих спасло только то, что под домом скопилось много воды, поэтому они и не обгорели.
Но Константин, вытащив Геннадия Львовича, бросился в дом, проверить, нет ли там людей. И дымящегося Николя он отбуксировал подальше.
Астра смотрела на него с преданностью собаки, которая только что встретила своего хозяина после длительной разлуки и не хочет его потерять.
– Что?! – развел он черными то ли от грязи, то ли от гари руками. – Сходили в лабораторию, называется!
– Молекулы соединились! Все есть константа! – вдруг выдал Геннадий Львович и затих.
Начальник полиции Михай, прекрасно говорящий по-русски, произвел на Астру хорошее впечатление. Это был приятного вида мужичок, невысокого роста, с глазами-пуговицами, топорщащимися усиками под круглым носом-картошкой. Взгляд его был добрый и располагающий, не похожий на взгляд полицейского.
Кабинет начальника полиции тоже мало чем напоминал строгое учреждение. Мягкие диванчики, розового цвета стены, абажур с кисточками, больше подходящий для дачной гостиной, а не для кабинета полицейского… На окнах – батарея цветов в разноцветных горшках. И даже занавески были в мелкий цветочек. Если честно, Астру от цветов уже тошнило, хотя она и занималась ими всю жизнь.
