— А вы получаете шанс перебраться через пустошь и продолжить свой путь. Освобождение — это первая часть операции. Среди тех, кто нам нужен, есть несколько пилотов, весьма хороших, к тому же обладающих знанием нужной местности. После того, как отобьем людей, отряд разделится на две части: одна возвращается в «Нору», вторая, с пилотами и частью спасенных, двигается в сторону Станции 16. Там вас ждут — сюрприз-сюрприз — вертушки. Пережидаете пару дней, пока уляжется пыль, затем вылетаете. Маршрут непростой, экипажи будут стараться избегать обнаружения и контакта, но с вашей задачей, думаю, согласуем. Вас десантируют, а дальше — сами по себе.
На некоторое время в комнате воцарилась тишина.
— Удивил, не без этого, — произнес Начальник, после недолгого молчания. — Но как-то всё звучит… просто. Пришли, ушли. Вертолеты опять же. Отвык я от такой роскоши. Что хоть за техника?
— Ми-17 и «Кугуар» последнего поколения. Берегли как зеницу ока.
— «Кугуар»… — произнес Начальник, задумавшись. — Не летал.
— Ну, вот — новые впечатления, — усмехнулся Мирко. — Подход, отход и перемещение к станции осуществляется по нашей подземке. Вы просто не в курсе, насколько разветвленную здесь намудрили сеть. Да и мы тоже, если честно. Хотя ты прав, на словах оно всегда всё просто. Но по-другому никак. Что-то серьезное назревает. Возможно, пришло время более решительных шагов. Поглядим…
Начальник посмотрел на остальных своих бойцов. Каждый задумался над услышанным, переваривая полученную информацию.
Решительные шаги…
Нельзя вечно сидеть по норам и ограничиваться пусть и дерзкими, но незначительными в масштабах всей картины, выпадами. Мелкие операции позволяют лишь оттянуть момент собственного разгрома, но кардинально не меняют ситуацию в свою пользу. Рано или поздно наступит момент, когда либо ты собираешь все силы и бьешь противника в самое его уязвимое место, в последнем и решительном бою, либо враг тебя окончательно добивает. Либо создать переломный момент, перехватить инициативу, либо переломят через колено тебя самого. Сломают хребет и оставят в грязном овраге на корм падальщикам или медленное гниение и распад. Или сами схарчат — и поминай как звали.
Стоило посмотреть правде в глаза: запасы тают на глазах, ресурсы добывать всё сложнее. Дети из-за поля подавления не рождаются. Придет время, и в Сопротивлении останутся одни старики и больные. Больные старики. Смелость и самоотдача — это здорово, но без крепкого кулака это всего лишь красивые слова. Героическая смерть — не самоцель. Цель — спасение людей как вида.
И такой момент давно назрел, это понимали все в Сопротивлении. Но, как обычно бывает, легче сказать, чем сделать.
— Позже обсудим детали плана на общем брифинге, — заключил Радич. — Несколько дней на подготовку. Не уверен, что вы найдете лучший вариант, но у вас своя задача и вам решать. В любом случае, будьте как дома, пока не определитесь.
— Спасибо. Жалко, нельзя отсюда передать содержимое этой штуковины и не переться в Бухту.
— Жалко. Ретрансляторы нужны, антенны помощнее. А это всё там, — Мирко вновь ткнул пальцем в потолок, — на поверхности. А на поверхности мы не властны. Слишком близко силы Альянса. Это же не просто по радиостанции связаться! И то для связи с командованием приходится задействовать внешнюю сеть Станций. Сидим здесь как у Бога за пазухой, а наверху… Одним словом — кроты.
Радич невесело усмехнулся.
— У Бухты или той же Рощи в этом плане возможности, конечно, побольше, — добавил Мирко. — Хотя и у них своих проблем хватает. У кого их сейчас нет?
— Верно. Ладно, — подвел итог Начальник, поднимаясь из-за стола. — Побегаем, значит, еще.
Нолан растянулся на одноместной кровати, больше напоминавшей расширенную и слегка удлиненную версию полки в пассажирском вагоне. Да и сама комната по площади была едва ли больше купе. Два места, один напротив другого, небольшой столик, пара стульев, два узких шкафчика. Всё просто, практично, но добротно и аккуратно. Не люкс, но и не сырой барак с дырявой крышей.
Макбрайд не жаловался. У многих и такого не было, к тому же здесь можно чувствовать себя в относительной безопасности: вокруг укрепленный подземный комплекс, защищенный природным земляным панцирем от внешнего мира и рукотворной железобетонной броней от угроз внутренних. На базе оставалось достаточно свободного пространства, чтобы не ютиться всем скопом. Места достаточно, а вот людей как всегда не хватало.
