Однажды одна из волшебниц из дома Розмари пропала! А над головой отца Розмари повисла огромная серая туча. Что-то явно не так! Может ли это быть связано с магическим порталом, который Рози обнаружила у себя дома? И какое отношение к этому имеют колдуны из городка Пендл-Хилл?
Samantha Giles
ROSEMARY AND THE WITCHES OF PENDLE HILL
© Copyright © Samantha Giles, 2020
© Мачина Л. Н., перевод на русский язык, 2023
© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2023
В коллаже на форзаце и нахзаце использовано изображение:© vectorplus, Asakura1102, Dzm1try, Pyty, MariaLev, Zhuravleva Katia, lesyauna / Shutterstock.com
Эвелин и Оливии, которые всё превращают в волшебство
Моя мама ведьма. Я знаю, что это так, и моя младшая сестра Лоис тоже; впрочем, Лоис просто всё воспринимает как должное, потому что ей всего пять. Скажи ей, что мама работает на британскую разведку, так она только беспечно пожмёт плечами и попросит ещё одно печенье.
Откуда я знаю, что моя мама ведьма.
а) Она держит метлу у входной двери.
Я, помню, как-то спросила маму, умеет ли она летать на метле, а она рассмеялась и потрепала меня по голове со словами: «А ты как думаешь?»
Я ведь не спрашивала бы, если бы знала ответ на этот вопрос. Да, я никогда не видела, как она летает на метле. Но я не видела и того, как Эдит, моя двоюродная сестра, делает обратный кувырок, и всё же у неё есть значки за успехи в гимнастике. Так что, полагаю, всё может быть.
б) Иногда она колдует.
Она колдует в «папином кабинете» (в кладовке у гаража, где мама раньше хотела сделать туалет), и он злится, потому что ему вечно приходится за ней пылесосить, убирать мелкие блёстки и клочки бумаги. Я в точности не знаю, как работают её чары, но знаю, что это добрые чары и множество людей всё время просит маму помочь им, когда им грустно или они хотят найти нового парня. Мама часто заставляет нас ходить собирать всякие странные штуки, которые нужны ей для колдовства, — листья дуба, ягоды бузины и тому подобное.
в) С нами вроде как «живут» ещё четыре колдуна, которых мы с мамой и Лоис видим, а остальные, в том числе папа, — похоже, нет.
Сколько себя помню, к нам приходил, а потом уходил мистер Фоггерти. Это очень высокий мужчина неопрятного вида, на голове у него копна жёстких седых волос, которые вечно топорщатся. У него большие ступни и чудной запах, примерно как от кушетки в кабинете миссис Алвин (нашей директрисы). У него особо нет времени на детей, он всё время куда-то безумно спешит.
Я знаю, что он «живёт» у нас, потому что, если спросить маму, где мистер Фоггерти, она всегда отвечает: «Он в своей комнате». Но мы живём в скромном доме с тремя спальнями. Моя комната, комната Лоис, спальня родителей. Тут НЕТ других комнат, так где же он прячется?
Я знаю, что папа его не видит. Папа тщательно выбирает, кого пускать к нам домой, после того как мама приютила на одну ночь приятеля своей подруги, а тому стало плохо, и он уделал весь пол в ванной. Так что папа точно не стал бы молчать насчёт мистера Фоггерти. Ну, для начала он бы почуял его запах.
У нас есть негласное правило — никогда не говорить ни о ком из наших постояльцев, когда рядом папа. И довольно забавно, что они вроде как и не появляются, когда он дома.
Мистер Фоггерти у нас не один. Ещё есть Фрэнсис и Филлис, две пожилые тётушки: они вечно ходят вместе и подхватывают фразы друг за дружкой (на самом деле они нам не тёти, но мы зовём их так). Фрэнсис нравится смотреть, как я танцую; она пытается повторять за мной, и её низенькая пухлая фигура колышется и переливается, как сказочный блестящий шар. Она настолько же приземистая и полная, насколько Филлис — высокая и тощая. Они будто из комического номера в передаче «Британия ищет таланты»; правда, я не уверена, что у них есть какие-либо таланты. Филлис нравится петь. У неё не очень хорошо получается. Её часто можно услышать ещё до того, как увидишь, и по этому пению всегда понятно, в каком она настроении. «Раз бананчик, два бананчик, три бананчик, вот!» — это хорошее настроение, но берегись, коли услышишь: «Сколько стоит та собачка на витрине?»
Потом ещё есть дядя Вик, маленький дородный человечек с косыми глазами, так что с ним никогда не ясно, куда он смотрит. Мне пришлось захлопнуть рукой рот Лоис, когда та впервые увидела его и заорала: «Рози, у этого дяди глаза неправильно вставлены!»
Вот такая четвёрка, которую мы просто воспринимаем как часть нашей «семьи». Их появления и исчезновения нас не очень занимают. Для нас это вполне нормально, ну или было нормально, ПОКА НЕ НАЧАЛОСЬ.
Прежде чем перейти к тому, что именно началось, давайте я расскажу вам немного подробнее про свою жизнь.
