Молчание. Роуз принюхалась — пахнет бензином, эта хреновина вот-вот взорвется! «А ну давай, старушка, шевелись!» Она обхватила торс мужчины и потянула на себя, стараясь перетянуть его на пассажирское сиденье. Потом посмотрела вниз и втянула в себя воздух. Сейчас будет больно. Роуз поставила левую ногу на нижнюю ступеньку и изо всех сил дернулась назад, волоча мужчину за собой. Вдвоем они рухнули на землю — и боль пронзила все тело.
— А-а-ах, Господи, помилуй! — закричала она, отпихнула водителя от себя и перекатилась на бок. «Давай, старушка, действуй». Она заставила себя подняться и оттащила мужчину метров на десять вдоль обочины. Решив, что бензовоз теперь достаточно далеко, она склонилась над ним. Руки были заляпаны его кровью.
— Вы живы? — закричала она. — Вы…
Но ее слова заглушил новый взрыв. Роуз подняла голову — тягач охватило пламя. Дверца, через которую она только что вылезла, куда-то улетела. Она увидела, как плавится руль, как его облизывают оранжевые языки. «Десять секунд, — подумала она, и руки ее задрожали. — Замешкайся я еще на десять секунд»…
— Помогите…
Роуз повернулась на голос и рядом с «Хондой» на земле увидела человека. Побежала, но тут же споткнулась, упала. Ребра разрывались от боли, но она все равно поднялась на ноги. С трудом пошла вперед и оказалась возле лежавшей женщины. Роуз опустилась перед ней на колени.
— Милая, как вы?..
— Ребенок… ребенок… — Женщина всхлипывала, старалась шевельнуться. Подползти к горящей машине. — Пожалуйста, помогите… там ребенок. — Глаза остекленевшие, но они все-таки нашли глаза Роуз.
— Милая, машина горит. Я не могу…
— Нет… можете…
Женщина проползла полметра, и Роуз остановила ее — шеей уловила идущий от машины жар.
— Прошу вас… моя малышка…
Где-то сзади завыли сирены, Роуз повернулась — к ним ехала патрульная машина шерифа Джимми Болларда. За ней — «скорая». Слава тебе господи.
— Прошу вас… — Голос женщины звучал слабее. «Вот-вот улетит», — подумала Роуз.
— Держитесь, милая. Сейчас вам помогут. Все будет…
— Там… моя малышка… — задыхаясь, пробормотала женщина, пытаясь ползти, пальцем она показала на пылающую машину. — Там моя…
— Миз Роуз!
Шериф Боллард бежал к ней, за ним двое санитаров.
Бэтсон отошла в сторонку, позволяя санитарам оказать помощь женщине. Шериф Боллард схватил ее за руку:
— Миз Роуз. Еще жертвы есть?
Бэтсон залилась слезами, закусила до крови губу. В машине ребенок! Ребенок! Горит вместе с машиной.
Не помня себя, она рванулась к «Хонде». Боже! Боже!
— Миз Роуз!
Шериф Боллард обхватил ее за талию, но женщина не слушалась, и ему пришлось свалить ее на землю.
— Пусти, Джимми! Там ребенок этой женщины! Я должна была…
— Миз Роуз, в этой машине уже никому не поможешь. Еще кто-то есть?
Бэт несколько секунд сопротивлялась, потом покорилась. Чему быть, старушка, того не миновать.
— Водитель тягача… возле обочины, — показала она и тут же схватилась за ребра.
Шериф поднялся, отдал распоряжения подошедшему помощнику. Оглянись Роуз на свой магазин, она бы увидела — подъехала еще одна патрульная машина. И добровольная пожарная команда. Но она не оглянулась.
Роуз сидела на траве, вцепившись в ребра и глядя на «Хонду». Боже. Боже.
В рабочем прицепе зазвонил телефон, Джек Уиллистоун чуть подался вперед над столом и поморщился, увидев, кто звонит: «Алтрон Газолин». К этому звонку надо отнестись серьезно. Из диспетчерской уже сообщили про аварию, по телефону пришли две просьбы позвонить на местную телестанцию для комментария. «Начнем с главного», — сказал себе Уиллистоун, а телефон зазвонил во второй раз. Потом в третий. Джек прокашлялся, закурил, взглянул на металлическую крышку стола — подписанное соглашение о слиянии еще лежало открытым на разделе «Условия соглашения». После года переговоров крупнейшая автотранспортная компания в Северной Америке, «Флит Атлантик», согласилась выкупить «Уиллистоун Тракинг» — самого большого грузоперевозчика на юге США. Сумма к выплате «Уиллистоуну» была выделена желтым фломастером, и Джек смотрел на нее с удовольствием и гордостью.
Двести миллионов долларов.
Четвертый звонок.
Со дня заключения сделки не прошло и двух суток, кажется, чернила на подписях еще не высохли, и их можно смазать. Сделка вступает в силу через полгода. «Если не случится какая-нибудь хрень, — подумал Джек, вперив глаза в телефон, — вроде этой аварии, будь она неладна».
Пятый звонок.
Наконец Джек поднял трубку.
— Да, — сказал он, откинулся в кресле и положил ноги на стол.
— Джек, ты уже слышал?
В трубку ворвался хриплый и усталый голос Бака Бальярда, директора завода «Алтрон» в Таскалусе.
— Аварии — как поход в сортир, Бак. Они неизбежны. Наверняка «Алтрон» в такое дерьмо уже попадал.
— Попадал, Джек, но каша может завариться серьезная. Ньютон уехал с заправки только в 10 утра. Двое сотрудников это помнят, а в накладной проштамповано время. Девять пятьдесят семь, мать его! А на первой заправочной станции его ждали в одиннадцать. Но чтобы попасть в Монтгомери в одиннадцать, твой малый должен нарушать скоростной режим.
На линии повисла тишина, Джек ждал продолжения.
