Прошел час — Рик знал, что выжал из допроса все, что можно. Конопатый был на высоте и не оставил никаких сомнений в том, что Дьюи Ньютон газовал сто тридцать километров в час при разрешенных ста. Когда Рик предложил шерифу подняться и нарисовать схему происшедшего на доске, тот выступил блестяще и показал присяжным, как именно он просчитал скорость Ньютона, исходя из следов торможения на месте аварии. По окончании допроса на доске красовалась огромное число 130, и Тайлеру, прежде чем приступить к своей части, пришлось подняться и стереть красноречивые цифры.
— Шериф, — начал Тайлер, — когда вы расследовали аварию, вы что-то знали о свидетелях?
— Да, сэр. Свидетельницей была миз Роуз.
— Вы имеете в виду Роуз Бэтсон, верно?
— Да, сэр.
— Верно ли, что миз Бэтсон была единственным свидетелем?
— Да, сэр.
— Когда вы прибыли на место аварии, вы попросили миз Бэтсон дать письменные показания, верно?
— Да. Я всегда прошу свидетелей записать, что именно они видели.
— Зачем это нужно, шериф?
Во время ответа Тайлер не сводил глаз с присяжных.
— Так легче восстановить картину событий. Свидетелям обычно врать незачем. Они просто записывают, что видели.
— Так поступила и Роуз Бэтсон сразу после аварии, верно?
— Верно.
Тайлер подошел к краю скамьи присяжных, кивнул.
— Вы прочитали показания миз Бэтсон, верно?
— Прочитал, — подтвердил Конопатый, бросая тревожный взгляд в сторону Рика.
— Верно ли, шериф, что Роуз Бэтсон написала следующее: Боб Брэдшо стал поворачивать перед фурой Дьюи Ньютона?
Рик поднялся.
— Протестую, ваша честь. Показания с чужих слов.
Катлер с прищуром глянул на Тайлера, и тот выставил вперед ладони.
— Я вовсе не хочу сказать, что именно так оно и было, ваша честь. По крайней мере, не через этого свидетеля. Я просто хочу показать, что было у шерифа на уме, когда он проводил свое расследование.
Тайлер лучился уверенностью и спокойно смотрел на судью.
— Протест отклонен, — распорядился Катлер. — Ответьте на вопрос, Конопатый.
— Она написала именно это, — подтвердил шериф.
— Вы намекаете на то, что она написала не совсем то, что было на самом деле, шериф?
— Нет, конечно. Миз Роуз никогда не лжет. Когда она что-то говорит, можно не сомневаться — это святая правда.
— Святая правда, — повторил Тайлер, улыбнувшись Конопатому, а потом и присяжным.
— Да, сэр.
— Больше вопросов нет, — заключил Тайлер, подмигнул Дрейку и занял свое место.
Судья Катлер повернулся к Рику, пораженному краткостью, с какой провел допрос Тайлер. Что это было? Всего шесть вопросов?
— У обвинения есть вопросы?
Дрейк хотел открыть рот, но остановился. Сбить Тайлера с позиции ему не удастся. Тот допросил свидетеля коротко, четко, ясно доказал суть своей позиции. Это была прекрасная подводка к выступлению Бэтсон, и присяжные это наверняка оценят. Ведь Конопатый назвал ее слова «святой правдой».
— Обвинение? — повторил судья, бросая на Дрейка нетерпеливый взгляд.
— Вопросов нет, ваша честь, — сказал Рик, стараясь не терять уверенности в себе.
Ничего страшного. Скорость Ньютона остается. Тайлер набрал несколько очков, только и всего. Не зря же у него слава лучшего адвоката в штате.
— Хорошо, — распорядился Катлер, — вызывайте следующего свидетеля.
Рик взглянул на свой стол. Его сотовый телефон, лежавший между его ноутбуком и досье, признаков жизни не подавал. Он просил Пауэлла следить, не появится ли в здании суда Уилма, и сразу дать ему знать. С утра он послал ей очередное сообщение — просьбу связаться с ним, как только она приедет в суд. Значит, ее нет. Дрейк еще раз посмотрел на свой телефон, чувствуя колики в желудке. Самое плохое — после сообщения в воскресенье Уилма на связь вообще не выходила: не отзвонилась, ничего не написала, полный молчок. Дело пахнет керосином.
— Обвинение? — настойчиво повторил судья, и Рик поднял голову — его молчание затянулось.
Он посмотрел на присяжных, наткнулся на обеспокоенный взгляд Джуди Хикок. «Возьми себя в руки, Дрейк», — сказал он себе. Уилмы нет, а вызывать сейчас Роуз нельзя — после слов Конопатого нельзя. «Святую правду» надо перенести на потом.
Дрейк посмотрел направо, встретился взглядом с Рут Энн.
— Готовы? — прошептал он.
Рут Энн кивнула, взволнованно, но вполне решительно.
— Ваша честь. — Адвокат поднялся. — Сторона истицы вызывает миз Рут Энн Уилкокс.
В пятидесяти километрах от здания суда Дулиттл Моррис, от которого попахивало виски, съехал с трассы 25, еще немного проехал по насыпной дороге из гравия и остановился. Отхлебнул из бутылки, зажатой между коленями, вытер рот и посмотрел на обитый вагонкой домик. Газон перед домом всегда был выстрижен, словно поле для гольфа, а сейчас трава до того разрослась, что добралась до крылечка, где Ду и Мул сиживали в понедельник по вечерам и тренькали на гитарах. Гитаристы оба были так себе, но посидеть вместе, как-то отдохнуть, попить виски и что-то побренчать — это они любили. Ду вздохнул, вылез из грузовика, захлопнул дверцу.
— Эх, Мул, — произнес он с горечью и пнул пустое ведро из-под краски, лежавшее перед крылечком.
