Видно было, что Степа взволнован, и точно не Гришиным представлением. Усаченко, погруженный в свои мысли, вообще будто и не заметил, что произошло. Собирались в спешке, и, если Артем был спокоен, несмотря на случившееся, Степа явно был не в себе. Долго не мог справиться с веревкой, пытаясь смотать ее правильно, в конце концов плюнул и абы как утрамбовал в рюкзак. Беспорядочно побросал туда же остальное оборудование.
— Все нормально? — спросил Обухов майора.
— Да так, Тём, нехорошо мне что-то. Курить хочу, сил нет никаких.
— Мужики, вы там как? — услышал Артем позади себя.
Обухов резко обернулся, вскинул обрез. Харитон инстинктивно поднял руки вверх.
— Тих, тих, это я, — сказал он и стал шарить в кармане штанов.
Обухов опустил обрез. Харитон вытащил из штанов пачку сигарет и подошел к Степе.
— Держи, дома нашел.
Усаченко взял пачку и посмотрел на Харитона так, будто это самый близкий ему человек на свете.
— Слышал выстрел, решил проверить, как вы тут. Гриша?
— Он. Спасибо за обрез, кстати, — поблагодарил Харитона Артем.
— Так, давайте ко мне, потом в баньку сходим. Вы тут вообще сколько еще будете?
— Ну, по-хорошему, сутки, — ответил Усаченко.
— Тем более. Ночевать вам же где-то надо? Усаченко с Обуховом послушно закинули рюкзаки на плечи и двинулись за Харитоном. Артем шел последним. Когда они дошли до дома с высоким забором, Обухов услышал совсем тихий звук, похожий на стон со стороны ямы. Он остановился, чтобы убедиться, что ему не показалось, и услышал отчетливое — бум-бум, словно кто-то бьет в большой оркестровый барабан или шаманский бубен. Артем тряхнул головой, как будто пытаясь прогнать наваждение, и снова услышал женский стон и тревожное — бум-бум.
— Стёп, — окрикнул Артем майора, — слышишь?
— Что слышу?
— Что-нибудь слышишь?
Усачев остановился.
— Да, там, за забором, кажется, кто-то что-то пилит. После этих слов Степы Артем услышал, как во дворе дома из красного кирпича завизжала бензопила. «Дичь какая-то», — сказал Артем про себя.
Внутри дом Харитона оказался намного просторнее, чем казалось снаружи.
Степа, не раздеваясь, тут же плюхнулся на диван. Вид у него был совсем потрепанный.
— Ты как? — спросил Харитон и положил ладонь Усаченко на лоб. — Слушай, ты горишь весь!
Харитон ушел на кухню и вернулся со стаканом воды, где шипела, растворяясь, таблетка.
— Выпей.
Степа опрокинул в себя лекарство и без сил откинулся на подушку.
Артем достал телефон, собираясь позвонить в НЦУКС и доложить обстановку. Сигнал был слабый. Когда оператор на том конце поднял трубку, связь оборвалась. Артем набрал еще раз, и то же самое.
— Здесь плохо телефон ловит, — сказал Харитон, заметив попытки Артема дозвониться.
— Мне нужно в любом случае доложить.
— Видел дом, что возле ямы?
— За высоким забором? Из красного кирпича?
— Да. Напротив заброшенный дом. Иди туда. За ним увидишь старую водонапорную кирпичную башню с большим таким гнездом на ней. К башне лестница приставлена. Поднимешься к гнезду, там и связь хорошая, и даже интернет ловит.
— Отлично, — ответил Артем, — я пойду.
— Давай, я пока присмотрю за майором. Слушай, а вам-то в таких случаях в МЧС спутниковые телефоны не выдают для связи? Или какая-нибудь специальная радиостанция должна же быть?
Обухов вопросительно посмотрел на майора.
— Есть такая в уазике, а он сдох.
— Ясно, — сказал Харитон.
Артем вышел на улицу. Резкий и неожиданный порыв ветра скинул с головы капюшон пуховика. Обухов не ожидал такого резкого изменения погоды. Было не так уж и холодно, но из-за ветра казалось, что мороз градусов под тридцать. Артем снова накинул капюшон и, придерживая его рукой, двинулся в сторону ямы. Ему казалось, что ветер только усиливается, словно пытаясь не пустить Артема к водонапорной башне. Когда он подошел к месту, каждый шаг против ветра давался уже с трудом, но стоило ему спрятаться от ветра за башню, тот тут же стих, будто для виду сдался упорству человека, но на самом деле, как опытный хищник, только притаился в ожидании, когда его жертва выйдет из укрытия.
