И громко говорю: Здорово, Сань!На уличном Московском растабареА что попишешь, ведь отколь не глянь,А мы уже – и далеко – не бареМы книжный мир, торгашеская срань,Господня срань. Елецкий на бульвареПерчатку Верину поднял. ЭкранМой перевернут донышком в пивбареМоргает глубоко внутри меняДуховный глаз, и здорово слезится,А я ему, хорош моргать, фигня,Не лучше ли нам жизнью насладиться,Звоня туда, где время безвозратноЗдорово, Сань, как сам, ниче? Ну ладно.<p>9(12)</p>Здорово, Сань, как сам, ниче? Ну ладно.Вот эк уста освоили жаргонСмех, катарсис, Услышал Эко звонОб Аристотеле, и сжег халатноЕго трактат комический. АмвонХохочущего фарса беспощадноИ истово молитвой увлеченПасись, Пегас, мы пишем безлошадноИртеньевцы кошмара и грехаДебилы самолюбоебованьяЗа нами зигзагует как пираньяПластинок древнерусская тоскаИ говорит нам в трубку безотрадноКак там? Как здесь? А че? Ниче. Прохладно.<p>10(12)</p>Как там? Как здесь? А че? Ниче. Прохладно.Из языка мы выморозки пьемБутылку языка в ларьке беремС названьем «Новый Свет» – читать приятноОткроем морозилку и невнятноШипящую бутылку сунем в ледИ выдержим, и вытащим обратноЗамерзло, но не все, и сохнет ротОткрой, налей жаргону, отморозок,Из языка так крепок выморозок,Что бьет в глаза и крутит вялый дух,А то душа опухла с оплеухИ человек промолвил человеку:Че ты купил? Какого, блин, Сенеку?<p>11(12)</p>Че ты купил? Какого, блин, Сенеку?Опять издал его, какой бандитТак человек промолвил человекуПо телефону, что ж, не повредитНемного философии и зекуЛечить в его душе тромбофлебитХлоп хлоп по сапогу, подобно стекуЖуравль летит, а девушка родит.Журавль летит, а девушка рожает.Бандит, продав Сенеку, наезжаетНа тех, кто расплатиться не гораздИ говорит ему – ты педераст.И предо мной идет этап по снегу.Античка. Снова Грека через реку.<p>12(12)</p>Античка. Снова Грека через реку.Приехал чай хлебать, поскольку званОн был к болгарам, просвещать славян,Чтобы славяне впали в ногу веку,Заросшему давненько бородойВ котором место было печенегуА нынче Заболоцкий… козодойИ лес пустой и вся любовь – лишь снегуИ Золушки тряпичный башмачокЗабыт за той хрустальною туфлею,А я любил – то лишь его не скрою,Когда за ней подсматривал соседскийЧумазый мальчик, выросший без детской.И ржет своим остротам дурачок.<p>13(12)</p>
