Ты казалась такой легкой и воздушной в этом белом платье. Я видела, сколько сил пришлось вложить, чтобы заработать себе имя. Наблюдая за тем, как вы с Рафаэлем позируете, я поняла, что вы ничем не отличаетесь от этих красных ковровых дорожек – поначалу будоражите и волнуете сердца зрителей, а в конечном итоге вас используют и легко заменяют другими. Единственные, кто обладал настоящей властью, – это продюсеры, состоятельные мужчины с двойными подбородками в черных костюмах. Единственные, кто обладал настоящей свободой, – это писатели и режиссеры.
К тому времени как мы вошли внутрь, меня окутала дикая усталость. Я прошла в конец зала и заняла свое место рядом с остальными прислужниками. Фильм по своему жанру был научно-фантастическим, визуально притягательным, но чересчур шаблонным. Твоя роль состояла в основном из серии заискивающих взглядов, снятых крупным планом, при этом Рафаэль был исследователем галактики, первооткрывателем планеты, сквозь зубы раздавая указания своему экипажу.
После премьеры я стояла одна возле стола с едой, пока вы с Рафаэлем сидели на банкете. На вращающейся сцене выступал джазовый квартет и красовалась ледяная скульптура. Я увидела, как к вашему столику подошла узколицая актриса, и тут же узнала ее. Это была восходящая звезда кино – француженка Мирель Соваж. Одетая в прозрачное многослойное платье, подчеркивающее очертания ее груди и ягодиц, она наклонилась, чтобы поцеловать Рафаэля в обе щеки, и я увидела, как руки Рафаэля соскользнули по ее спине, когда она прижалась к нему. Я словно наблюдала сцену из фильма, и мне стало очевидно, что могло бы произойти между ними дальше, если этого еще не случилось. Я мысленно представила, как с нее откровенно падает платье, и то блаженство, с которым он притягивает ее к себе в кровати.
Наблюдая, как Мирель Соваж проскользнула к вам за стол, как Рафаэль налил ей бокал шампанского, я нервно потянулась к красивому блюду, сдавливая пальцами крабовый рулет. Вот ты проходишь мимо Рафаэля, такая воздушная в своем белом платье, улыбаясь, говоришь Мирель что-то приятное, и подобранная прядь твоих волос спадает на плечо.
Стол был забит едой, но, похоже, никто больше не ел. Покончив с крабовым рулетом, я взяла второй кусок, и тут к столу подошел мужчина. Мне бросились в глаза его темные волосы, неровно остриженные, взъерошенные над ушами. Мужчина сутулился, а значит, он не был актером из фильма. Положив блинчик с мясом на свою тарелку, он покосился на меня.
– Не нравятся мне они, – сказал он.
Я сглотнула слюну.
– Кто? Блинчики?
– Нет, эти мероприятия.
– А-а, – с пониманием ответила я, отправив блинчик к себе на тарелку. Он стоял, как будто ожидая, что я продолжу разговор, и наконец я придумала, что сказать: – Тогда почему вы здесь? Я имею в виду, что вас связывает с фильмом?
– Вообще я оператор, но получил пригласительный от своего руководителя, – я уловила акцент в его речи, но не смогла его определить.
Повернувшись, он взглянул на меня:
– А вы?
– Я подруга одной из актрис.
Мое лицо вспыхнуло, и мне вдруг очень захотелось что-нибудь выпить.
Все еще продолжая смотреть на меня, он поинтересовался:
– Кого?
– Элизы Ван Дейк, – выдохнула я. Я хотела было добавить что-то типа
Мужчина ничего не ответил, сунув в рот блинчик целиком. Пришлось ждать довольно долго, пока он наконец закончит жевать. Скорее всего, ему больше нечего было мне сказать. Вскоре он бы ушел, а я бы осталась сидеть за столом до конца вечера.
К тому моменту я превратилась в сплошной комок нервов, поэтому подумала, что на самом деле было бы неплохо сейчас просто посидеть, выпить и поговорить о чем-то неважном.
Было что-то в этом человеке или в его низком статусе, что заставляло меня чувствовать себя непринужденно.
Закончив жевать, он, будто прочитав мои мысли, сказал:
– Я в бар, хочешь со мной?
– Конечно.
– Я – Пол, – сказал он, подвигаясь ближе. – Я наблюдал за тобой, и мне стало интересно. Ты приехала в составе съемочной группы Солара?
– Ну да, можно и так сказать.
– Откуда ты знаешь Элизу? – он снова посмотрел на меня искоса.
Я вдруг подумала, а что, если он влюблен в тебя и, может быть, просто пытается подобраться поближе. Полагаю, именно так это и происходило в Голливуде. Даже операторы мечтали оказаться на звездных орбитах, надеясь, что один случайный контакт может привести к повышению по карьерной лестнице до директора-постановщика и роману с Элизой Ван Дейк.
– Я знаю ее с детства, – ответила я.
– В самом деле? Что же, она милая, – сказал он. – Еще не испорченная, если ты понимаешь, о чем я. Что будешь пить?
– Джин с тоником, пожалуйста.
Пока Пол разговаривал с барменом, я внимательно его изучала. Костюм вроде был по размеру, но как-то не сидел. В движениях чувствовалась расслабленность. Волосы блестели, как от укладки с помощью натурального масла. Кожа на подбородке и шее была розовой от раздражения.
